Душевные Посиделки

Фотореалистичная, кинематографичная сцена в современной российской больнице, наши дни. Ночной полумрак палаты интенсивной терапии, холодный голубовато-серый свет медицинских приборов контрастирует с теплым боковым светом из коридора. На переднем плане — молодая женщина около 29 лет, славянская внешность, бледная, с закрытыми глазами, лежит на больничной койке в состоянии комы. На лице прозрачная кислородная маска, к руке подключена капельница, вокруг — трубки жизнеобеспечения, монитор с мягким свечением и кардиолинией...

Осенняя прохлада окончательно вытеснила летнюю беззаботность, вернув молодежь в аудитории и тесные комнаты студенческих кампусов. Однако прелести быта в общежитии суждено было познать далеко не всем. Максим с Вадимом, например, благополучно избежали участи ютиться в казенных стенах: оба родились в столице и продолжали жить под родительским крылом. Парни крепко сдружились еще в начале первого курса. У Вадима даже имелся личный автомобиль. И пусть машина не блистала салонной новизной, зато избавляла...

Густой деревенский воздух летней поры был соткан из ароматов пересушенной травы, сладких ягодников, животины и того самого, щемяще-знакомого духа, что складывался из субботнего банного жара и наваристых похлебок в тяжелых чугунках. Светка с Иркой были неразлучны, словно нитка с иголкой. Девчонки вечно пропадали в чужих садах, прятались по сеновалам или шушукались в пыльной полутьме чердаков. Светлана росла натурой созерцательной. Могла замереть на крыльце и целую вечность наблюдать за танцем дождевых капель, не проронив ни звука...

Пустота внутри стала её постоянным спутником, заменив собой нормальное детство. Это было не легкое посасывание под ложечкой перед ужином, а хроническая, высасывающая жизнь тяжесть, от которой заострились скулы и проступили ключицы. Сытость казалась девочке чем-то из области недостижимой фантастики. Пока одноклассники на школьных переменах беззаботно наслаждались жизнью, Лена забивалась в самый дальний угол и превращалась в одно сплошное обоняние. По кабинету плыл густой, дразнящий аромат домашней выпечки — это пухлая Даша уплетала румяный пирожок...

После релакса в Ханчжоу мы снова прыгнули в «сапсан» (китайский скоростной поезд) и рванули вглубь страны. Путь занял около 6 часов, но в комфортном кресле с видом на меняющиеся пейзажи это время пролетело незаметно. Наша цель — Чжанцзяцзе. Если вы никогда не слышали это название, просто вспомните парящие скалы из фильма «Аватар». Да, Джеймс Кэмерон вдохновлялся именно этими местами. И мы ехали проверить, реально ли там всё так эпично, как в кино. Чжанцзяцзе — город для Китая небольшой и провинциальный...