Записки с края земли

Без начальства и боя курантов: как прошли мои каникулы на атомной станции Привет, снова Олег. С Новым годом! Да, я знаю, уже середина января, но у меня для этого есть железное оправдание: я встретил 2026-й на 9 часов раньше вас. На материке, я знаю, каникулы уже закончились, все вернулись к работе, отлеживая бок от оливье и мандаринов. У вас там был праздник, а у нас... был обычный рабочий ритм. Только тише. На вахте всё устроено иначе. Когда дневной, местный персонал ПАТЭС уходит на законный отдых с 31 декабря по 11 января, мы, вахтовики, остаёмся держать фронт. Так что для меня вопрос «чем занимался на каникулах» звучит особенно философски. Отвечаю: я учился. Да-да, вы не ослышались. Пока вы заливали шампанское, я заливал в себя потоки информации. Пока вы смотрели «Иронию судьбы», я смотрел на монитор с курсами по охране труда. Мои каникулы прошли под знаком статуса «вечный студент». Поскольку я устроился совсем недавно, с 10 декабря, у меня был чёткий план на эти дни: подготовка к экзаменам. Не к школьным, конечно, а к тем, что позволят мне официально и полноценно приступить к работе с моим комплексом оборудования РДГУ. Мой «новогодний марафон» выглядел так: 1. Курсы в Record. Это наша внутренняя платформа. Там — всё, что нужно знать новичку о станции, её системах, процедурах. Кликал по урокам, отвечал на тесты. Весело, если любишь читать регламенты. 2. Электронные курсы по охране труда. Это святое. Без зелёной галочки напротив каждого пройденного модуля тебя просто не допустят до экзамена. Сидел, слушал голос за кадром о том, как правильно поднимать грузы, куда бежать при тревоге и почему нельзя заливать кофе в системный блок. Основа основ. 3. Изучение проекта по сооружению РДГУ. Вот здесь уже было по-настоящему интересно. Смотрел чертежи и спецификации своего будущего хозяйства. Сравнивал бумагу с тем, что уже смонтировано. Начинал выстраивать в голове полную картину: от входа топлива до выхода электроэнергии. 4. Полевые вылазки. Самое ценное. Мы с коллегами оперативниками, такими же не обременёнными в эти дни начальством, ходили по территории. Видеть оборудование не на картинке, а вживую, трогать — это совершенно другой уровень понимания. И знаете что? Эти 12 дней пролетели абсолютно незаметно. Не было ощущения каторги. Было ощущение погружения. Мозг был занят настолько, что некогда было скучать по домашней ёлке. А ещё была одна важная деталь: начальства не было. Вообще. Весь руководящий состав был на материке. И от этого всем — и нам, и оставшимся сменным инженерам — было не то чтобы раздолье, а спокойствие. Можно было сосредоточиться на сути, а не на отчётах. Задать глупый вопрос коллеге, не боясь показаться некомпетентным. В общем, атмосфера была максимально рабоче-деловитая и при этом не напряжённая. Так что мои «каникулы» прошли без шампанского и без боя курантов. И я ни капли не жалею. Потому что чувствую: я не просто отбываю дни до конца вахты. Я по-настоящему вникаю в новую работу. И это, пожалуй, лучший старт, который мог случиться. Теперь экзамены на носу. Держите кулаки. А я, пожалуй, пойду повторять инструменты предотвращения ошибок. Романтика. Крепитесь там, на материке. Возвращайтесь в строй. А у нас тут строй никогда и не прекращался. #вахта #Певек #АЭС #Чукотка #ПАТЭС #Волгодонск

«Вот здесь папина работа»: новогодний подарок с Чукотки Привет, снова Олег. Кажется, я только-только разобрался со своим новым хозяйством — этим грозным дизелем. А за окном уже вовсю метёт, мысли всё чаще улетают домой, в Волгодонск. К Новому году. Вопрос «что дарить?» в этом году решился сам собой, неожиданно и очень по-нашему. Идея пришла в холле нашего административного здания (АЗ). Там стоит красивый стенд с макетом ПЭБ «Академик Ломоносов». Настоящий, детализированный, со всеми надстройками. Мы с Денисом как-то разговорились возле него: «Жаль, в детстве у нас такого не было. Представляешь, собрать самому такую штуку?». И тут нас, двух инженеров за тридцать пять, осенило. А почему бы и нет? Мы решили, что лучший новогодний подарок нашим детям — это не просто игрушка, а символ. Символ того, где сейчас работают их папы. Чтобы они могли своими руками собрать макет той самой станции, на которой мы проводим вахту. Чтобы наш северный быт стал для них не абстрактным «папа на работе», а чем-то осязаемым. Начался квест по поиску. Оказалось, существует официальный конструктор «Академик Ломоносов», созданный в сотрудничестве с Росатомом. Это не просто куча деталей, а полноценная, продуманная модель. Сразу скажу — удовольствие не из дешёвых. Но мы, посовещавшись, решили: оно того стоит. Что же мы заказали? Вот краткое техническое задание на наш подарок: - Масштаб и детализация: Это серьёзная модель. Она передаёт основные контуры судна, его характерный профиль с рубкой и мачтами. Детали отлиты качественно. - Сборка: Конструктор не для малышей. Здесь придётся включить голову и внимательно следовать инструкции. Как раз то, что нужно школьникам — и интересно, и с вызовом. - Образовательный момент: В комплекте есть буклет с информацией о настоящем ПЭБ. Так что дети не просто играют — они узнают, что это за объект, для чего он и почему так важен. Два одинаковых заказа улетели на материк. А вскоре пришёл отчёт о выполнении миссии. Жена прислала фото: наши дети, склонившись над столом, с сосредоточенными лицами соединяют детали. А на заднем плане уже виден собранный корпус. И знаете, что самое главное? Он им действительно понравился. Не лежит мёртвым грузом. Они его собирают, рассматривают, спрашивают, как всё устроено на настоящем. Этот конструктор стал для них мостом. Мостом через тысячи километров, который соединяет их детскую в Волгодонске с нашим Певеком. Теперь они могут ткнуть пальцем в макет и сказать: «Вот здесь папина работа». Мы с Денисом довольны как слоны. Получилось не просто подарить игрушку, а передать частичку нашего вахтового мира, нашего дела и нашей, если хотите, инженерной романтики. Пусть и в пластиковом виде. Так что, если ваши папы работают где-то далеко и сложно, иногда лучший подарок — не забыть про них, а наоборот, попытаться понять, чем они там занимаются. Хоть и через конструктор. А я, пожалуй, пойду ещё разок взгляну на тот макет в холле. Теперь он для меня не просто стенд, а прообраз новогоднего чуда в нашем доме. Крепитесь там, на материке. И да прибудет с вами сила ровных пазов и шипов. #вахта #Певек #АЭС #Чукотка #ПАТЭС #Волгодонск

Писал про собак и бани, а про работу молчал. Наконец рассказываю, чем занимаюсь на Чукотке Привет, снова Олег. Вот так смешно получается. Писал уже про собак, про бани, про ледоколы и про бюрократию на старой работе. А про главное-то и забыл — про то, чем я здесь, собственно, занимаюсь. Вышел как тот экскурсовод, который всё про историю города рассказывает, а как его самого зовут — не представился. Исправляюсь. На прошлой работе, на Ростовской АЭС, я был ведущим инженером в электрическом цехе. Работал в службе ремонта под началом того самого Ивана Викторовича, героя наших саг про спасение чести директора. Задачи были свои, знакомые: трансформаторы, шунтирующие реакторы, разъединители, ремонты. Здесь, на ПАТЭС, у меня новая роль. Теперь я — инженер дизель-генераторной установки 1-й категории. Звучит солидно, правда? Если на старой работе я занимался всем, что связано с электричеством, то здесь у меня — своё, очень конкретное и мощное хозяйство. И хозяйство это не простое. С 2019 года тут вялотекуще, но верно сооружается целый комплекс оборудования резервной дизель-генераторной установки (РДГУ). Проще говоря — это запасной энергоцентр. На тот самый «вдруг если». И весь этот центр — моя зона ответственности. Что в него входит? Давайте по полочкам, как у меня в голове сейчас всё раскладывается: 1. Площадка слива дизельного топлива с модулем дозированной выдачи. Это как заправочный терминал для моего дизеля. 2. Контейнерное топливохранилище с двумя расходными баками по 15 м³ каждый. Мои запасные канистры. Пятнадцать кубов — это не шутки. 3. Сам контейнер с дизель-генераторной установкой. Сердце всего комплекса. Тот самый агрегат, который должен задышать, зареветь и выдать ток, когда это будет нужно. 4. Комплектная трансформаторная подстанция 10/0,4 кВ. Вот такая вот ферма. Пока что она больше похожа на стройплощадку, где всё новое, блестящее и ещё не обкатанное. Но это моё. Сейчас идёт завершающая стадия строительства. А впереди — самый интересный и ответственный этап: пуск РДГУ на холостой ход. Первый «вдох» агрегата. Без нагрузки, просто чтобы проверить, как он заводится, как работает, нет ли посторонних стуков или вибраций. После этого будут испытания под нагрузкой и приёмка в эксплуатацию. И тогда этот комплекс станет полноценной частью системы энергоснабжения самой северной в мире атомной станции. А я буду тем человеком, который знает про него всё: от вентиля на топливопроводе до алгоритма запуска. Чувства, честно говоря, смешанные. С одной стороны — огромная ответственность. Не просто за участок сети, а за целый автономный энергообъект. С другой — дикий интерес. Как инженеру мне безумно любопытно разобраться во всех этих новинках, «пощупать» оборудование, которое я раньше только в документации видел. И третье — тихая гордость. Всё-таки не каждый день доводится принимать с нуля и выводить в работу такой комплекс на краю света. Так что, если в следующих постах буду писать что-то про «обкатку дизелей» — не удивляйтесь. Это я буду осваивать своё новое хозяйство. Похоже, вахта обещает быть не только холодной, но и очень технологичной. Крепитесь там, на материке. А я пошёл изучать паспорта на оборудование. Приехал-то инженером, а чувствую себя пока студентом на практике. #вахта #Певек #АЭС #Чукотка #ПАТЭС #Волгодонск

«Чтобы реактору было чем заняться?» Вся правда об огнях на ПЭБе Привет, снова Олег. Помните, я в прошлый раз писал про огни на ПЭБе и ледоколах? Так вот, у меня тут один читатель, точнее — мой кум Вадим, задал уточняющий вопрос. Мол, а это не связано с тем, чтобы была нагрузка у ядерного реактора? Ну что ж, Вадим, садись на борт. Поскольку вопрос очень технический, буду объяснять на пальцах. Но сначала — твердый факт: создавать искусственную нагрузку, чтобы реактору было чем заняться, — нет никакого смысла. Наоборот, задача — максимально эффективно использовать каждый киловатт его мощности. Чтобы это понять, нужно представить, как это всё работает. Наш ПЭБ «Академик Ломоносов», который греет и светит Певеку, выдаёт в сеть 70 МВт электрической мощности и 50 Гкал/ч тепловой. Это не абстрактные цифры. Этого хватает, чтобы запитать Певек, подключать новые месторождения золота и меди, и в будущем заменить собой целую другую АЭС. Иными словами, у этой мощности уже есть конкретные, реальные потребители. Реактор работает ровно настолько, насколько требуется городу и промышленности в данный момент. Ты можешь спросить: «А что, если ночью все спят и потребление падает?». На этот случай у энергосистемы есть свои хитрости — часть мощности можно перенаправлять или регулировать. Но зажигать десятки прожекторов «просто так» — это всё равно что запускать на полную мощность заводской станок, чтобы крутил воздух. Технически возможно, но экономически идиотизм. Кстати, про сами фонари. Да, они горят всю ночь. Но знаешь ли ты, что это за фонари? Это не простые лампочки, а специальные взрывозащищенные светильники, которые должны соответствовать жёстким стандартам безопасности на АЭС. Они надёжные, герметичные и, что важно, — энергоэффективные. Их сделали такими как раз для того, чтобы они потребляли минимум энергии при максимальном свете. Ими оснащают атомные станции и атомный флот, чтобы обеспечивать безопасность людей и объекта. Так что если бы главной задачей было просто нагрузить реактор, инженеры не стали бы заморачиваться с экономичными светодиодами. Так зачем же тогда горят огни? Потому что это, в первую очередь, вопрос безопасности и статуса. Как я уже писал, свет — это видимость для работы, это охрана периметра от незваных гостей в полярной ночи, и это навигационный сигнал для всех в акватории порта. Но есть ещё один, философский момент, который я тут осознал. Постоянно горящие огни на таком объекте — это символ. Символ того, что источник энергии работает стабильно, без перебоев. Что здесь есть жизнь, порядок и контроль. В кромешной темноте Арктики это мощный сигнал. Поэтому, Вадим, резюмирую для тебя простым языком: фонари горят не потому что у реактора есть лишняя энергия, а несмотря на то, что каждый киловатт этой энергии на счету. Их задача — охранять, освещать и обозначать, а не тратить впустую. А мощь реактора уже распределена на более важные вещи: на обогрев твоей будущей дачи (шучу) и на обеспечение работы одного из самых северных городов планеты. Надеюсь, разжёвал достаточно подробно. Если есть ещё технические вопросы — задавай. Пока здесь разбираюсь не только с ветром и сном, но и с атомными азами. Крепись там. И выключай свет на кухне, когда уходишь. Экономия. #вахта #Певек #АЭС #Чукотка #ПАТЭС #Волгодонск

Не для красоты: зачем плавучая АЭС «светится» в полярную ночь? Реальная причина Многие, глядя на фотографии Певека зимой, думают, что яркая иллюминация на мачтах — это просто эффектно. Мол, маяк среди льдов, для красоты и настроения. Но я хочу вас разочаровать: на атомных объектах ничего не делается «просто так», а электричество здесь не тратят впустую. За этим светом стоит суровая необходимость, от которой зависят жизни. Привет, снова Олег. Сегодня расскажу, почему в самой густой темноте Крайнего Севера мы не имеем права гасить огни. Темнота на Крайнем Севере — это не просто отсутствие солнца. Это что-то плотное и всепоглощающее, особенно зимой. Когда она наступает, всё вокруг тонет в чёрной тишине, которую разрывает только вой ветра. И в этой тьме горят огни. На днях мы с коллегами после работы вышли из здания АЗ. Тьма уже давно спустилась на Певек. И тут мой взгляд, как обычно, зацепился за него — за наш ПЭБ «Академик Ломоносов». Он стоит в порту, недвижимый, а на его мачтах ярко, немигающе горят фонари. Рядом, в акватории, иногда появляются ледоколы — у них тоже всегда горят мощные огни. И задумался я: а зачем? Поначалу кажется — для красоты. Мол, маяк в ночи. Но на атомных объектах ничего просто так не делается, тем более не тратится зря электричество. И всё оказалось гораздо серьёзнее. Всё дело в банальной безопасности. И не столько даже в навигационной (хотя для ледоколов это тоже важно), сколько в безопасности нашей с вами, ребята. Представьте себе огромный технический комплекс, сложный, как целый город. Круглые сутки там должны быть люди — вахта. И эта вахта должна видеть, куда идёт, что делает. Полноценное освещение — это просто базовое условие для работы. Это чтобы человек, которого ночью подняли по тревоге или который вышел на плановый обход, не споткнулся, не упал с трапа, не наткнулся на оборудование. А ещё это пожарная безопасность. В темноте можно не заметить начало задымления, утечку, искру. Это важно для любого судна, а для атомного — вдвойне. На освещённой палубе или в коридоре любая нештатная ситуация видна сразу . Как говорится, спасение утопающих — дело рук самих утопающих, но только если они видят, куда плыть. Есть и другой, более практичный аспект — защита от «незваных гостей». Освещённый объект с берега виден как на ладони. Подойти к нему незаметно, особенно по льду, практически невозможно. Это самый простой и надёжный способ охраны периметра. Свет — лучший сторож в полярную ночь. Теперь про главный, самый большой фонарь. На кораблях его называют топовым или фор-марс-огнём. Это не просто «фары». Его свет — белый, мощный, направленный. У него две ключевые задачи: 1. Для ледоколов на ходу: освещать путь во льдах. Видимость в Арктике может упасть до нуля из-за снежной крупы или тумана. Чтобы разглядеть торосы, трещины и выбрать безопасный путь, нужен очень сильный луч, пробивающий мглу. Этот свет — глаза ледокола ночью. 2. Для всех судов, вставших на якорь, включая наш ПЭБ: обозначать себя. Мощный, неподвижный белый огонь на мачте — это сигнал для других. Он говорит: «Я здесь, я большой, обходи меня стороной». Это важно в узкостях пролива или в порту, чтобы не случилось столкновения в условиях плохой видимости. Это правило, обязательное для всех судов, стоящих на якоре . Стою я, смотрю на эти огни, и становится как-то спокойно. В этой суровой темноте они — символ порядка, работы и контроля. Они означают, что всё под наблюдением, что система работает, что за теми иллюминаторами, где тоже горит свет, не спят люди, которые следят за тем, чтобы у нас здесь было тепло и светло. В прямом и переносном смысле. Так что, если кто спросит, зачем они горят, можно ответить просто: чтобы видеть и быть увиденными. Чтобы работа шла, чтобы всё было безопасно. И чтобы напоминать всем нам, даже в самую глухую полярную ночь, что мы здесь не просто так. Держитесь там, на материке. А у нас здесь, как видите, не только ветер и снег, но и своя, очень важная, иллюминация. #вахта #Певек #АЭС #Чукотка #ПАТЭС #Волгодонск

«Они свои, не тронут»: как я ошибался насчет собак на краю земли Привет, снова Олег. Сегодня расскажу про тех, кто реально патрулирует улицы Певека. И это не полиция После рассказов про ледоколы и баню в ПЭБе — сегодня про местных жителей. Не тех, что в общаге, а тех, что патрулируют улицы. Нет, не полицейские. Местные собаки. Да, их здесь много. Возле общаги, у магазинов, на пустырях. По началу настороженно косился — всё-таки стая есть стая. Но коллеги быстро успокоили: «Местные псы свои. Не тронут просто так. Они тут не бездельники, у них работа». Работа — охранять город от чужих. А «чужие» в тундре вокруг Певека водятся. Полярная лиса, волк, а если очень не повезет — и белый медведь. Вот собаки, сбиваясь в стаи, и патрулируют окраины, создавая своеобразный живой барьер. Лаем и своим запахом метят территорию, отпугивая диких зверей. Получаются такие бесплатные и эффективные «силы ПВО» от природы. Взамен их подкармливают сердобольные жители, а они спят в теплых подъездах или под трубами котельных. Симбиоз. Глядя на них, понимаешь, что это уже не совсем бездомные животные. Это часть местной экосистемы, полудикие городские санитары. У них своя иерархия, свои маршруты и своя важная функция. По сути, они такие же вахтовики, только на своей, собачьей вахте. И отношение к ним здесь двоякое: с одной стороны, они помощники, с другой — источник проблем. ⚠️ Важная оговорка: Пока я писал этот пост, я полез в интернет за подтверждением своих наблюдений. И обнаружил, что картина не такая уж и радужная. Оказалось, что проблема с бродячими собаками в Певеке — очень серьёзная и болезненная. За последние несколько лет здесь произошло несколько трагических и резонансных случаев: · В декабре 2023 года стая собак напала на мужчину, он скончался от полученных травм. · В 2021 году от нападения пострадала 11-летняя девочка. · В мае 2024 года стая набросилась на 9-летнего мальчика, которому пришлось выплачивать солидную компенсацию. · Уже в январе 2026 года нападение произошло в соседнем посёлке. Власти пытаются решить проблему: проводят патрулирования, отлов, а в окружную думу внесли законопроект о безвозвратном отлове социально-опасных животных. В августе 2025-го даже вышло напоминание о правилах выгула и необходимости сообщать о безнадзорных животных. Получается парадокс. С одной стороны — истории от старожилов о том, как собаки охраняют свалку от медведей. С другой — сухая статистика СК и прокуратуры о нападениях на людей. Где правда? Наверное, посередине. Одни и те же собаки могут быть условно-лояльными «санитарами» днём и опасной стаей ночью, особенно если они голодны, защищают щенков или чувствуют слабость. Что я вынес для себя из этого: 1. Не романтизирую. Да, я вижу стаи, которые ведут себя спокойно. Но я теперь знаю, что это не игрушки. 2. Соблюдаю дистанцию. Я не пытаюсь их гладить, кормить с руки или, тем более, приближаться к местам, где они могут отдыхать (подвалы, пустыри). 3. Не гуляю в одиночку в тёмное время. Это железное правило, о котором мне говорили ещё в первый день. Теперь я понимаю его цену. 4. Уважаю. Это не жалкие бродяжки, а сильные, приспособленные к суровым условиям животные, которые выживают как могут. Но уважение не означает беспечность. Так что мой первоначальный взгляд «много собак, но они не опасные» был наивным. Реальность сложнее. Они — часть сурового пейзажа Певека, со своей тёмной и светлой стороной. Как и сама жизнь здесь, на краю земли. Будьте осторожны, если окажетесь в похожих местах. А я, пожалуй, пойду по освещённой дороге в столовую. Не геройствовать. #вахта #Певек #АЭС #Чукотка #ПАТЭС #Волгодонск

Атомный санаторий посреди тундры: как я нашел бассейн на ПЭБ «Ломоносов» Привет, снова Олег. Прошлые посты были про ветра, ледоколы и бюрократические войны. Сегодня — про то, как мы тут, на краю географии, отдыхаем. А точнее, про то, как я открыл для себя местный центр мироздания под названием ПЭБ. Но сначала — про первый выходной. Он прошёл по классической схеме «новичка на вахте». 1. Утро: Проснулся в 13:00. Завтрак благополучно проспал. 2. День: Пообедал. Почувствовал дикую усталость, будто не спал, а грузил вагоны. Лёг «на двадцать минут». Открыл глаза в 17:30. 3. Итог: Коллеги, увидев моё помятое лицо за ужином, только ухмыльнулись: «Добро пожаловать. Первый выходной всегда такой. Организм просто выключается». В общем, первый выходной я просто просуществовал. Но организм, видимо, получил свою порцию отключки и был готов к большему. Открытие ПЭБ: наш ковчег комфорта На следующей неделе, в следующий выходной, я решил действовать иначе. Позавтракал, пообедал, а потом коллеги сказали: «Всё, Олег, пошли культурно развиваться. Покажем тебе ПЭБ». ПЭБ — это Плавучий энергоблок «Академик Ломоносов». Да-да, та самая станция, на которой я работаю. Оказалось, что это не просто набор реакторов и турбин. Это целый плавучий городок для вахтовиков. И на его борту есть всё для того, чтобы не сойти с ума от однообразия тундры за окном. - Спортзал: Мы пошли именно туда. Ожидал увидеть пару убитых тренажёров. Ошибся. Зал нормальный, вполне приличный: беговые дорожки, велотренажёры, силовые станции. Всё работает, всё чисто. Стоишь, качаешь железо, а где то там — заснеженный Певек. Сюрреализм. - Баня и бассейн: После спортзала — логичный маршрут в баню. Она тоже прямо на корабле! Настоящая парная. А после неё — ныряешь в бассейн. Пусть он не олимпийского размера, но факт, что ты купаешься в бассейне, находясь на атомном объекте за Полярным кругом, вызывает лёгкий когнитивный диссонанс. Приятный такой. Мы так и провели день: спортзал, баня, бассейн, болтовня. Время до ужина пролетело незаметно. Чувствовал себя не как на суровой вахте, а как в довольно специфическом, но хорошо оборудованном санатории. Пусть и с радиационным фоном в норме за бортом. Итоги и хорошие новости После такого активного отдыха ужин прошёл как по маслу. Вечер — стандартный: туалет, сериал, сон. И вот о сне — хорошая новость! Он, наконец-то, наладился. Видимо, организму потребовалось ровно две недели, чтобы понять, что мы никуда не едем, и можно расслабиться. Теперь сплю почти как дома. Это, пожалуй, главная победа последних дней. Так что вот вам правда жизни на вахте. Да, ты на краю земли. Да, за окном ветер и мороз. Но внутри — свой мирок, где есть свой фитнес, свой бассейн и своя баня. И это чертовски здорово выручает. Держитесь там, на материке. А я, пожалуй, в следующий выходной опять пойду в баню. Надо же поддерживать форму — мало ли, вдруг снова спасать честь директора какого придётся. #вахта #Певек #АЭС #Чукотка #ПАТЭС #Волгодонск

«3 цели в Певеке: как я устроил фотосессию для кума с медведем, оленем и атомным гигантом» Привет, снова Олег. На вахте всё идёт своим чередом. Главное развлечение здесь, кроме работы — это болтовня с коллегами и редкие звонки на материк. А на материке у меня есть кум Вадим. Человек с неиссякаемым чувством юмора. Каждый раз, как списываемся, он начинает один и тот же опрос: — Ну что, Олег, медведя белого видел уже? На оленях на работу не ездишь? Фото в студию! Я ему объяснял, что белый медведь — это не бездомная кошка, он по посёлкам просто так не шляется, а если и появится — это будет не фотосессия, а эвакуация. Но Вадим стоит на своём: «Ты там на краю света, а впечатлений ноль! Дай чего яркого!» И вот, случилось. За пару дней до Нового 2026 года в порт Певека зашёл настоящий атомный ледокол. Не какой-нибудь, а новейший «Сибирь», головной корабль проекта 22220. Мы с коллегой 31 декабря после обеда, несмотря на мороз, решили — надо идти смотреть. Вадиму же ярких впечатлений надо! Дорога до порта — это отдельный квест. Идёшь по льду, который скрипит под ногами, ветер с пролива пробирает до костей, но любопытство сильнее. И вот он — гигант. Длина — 173 метра, это больше двух футбольных полей. Высота от киля до верхушки — как 15-этажный дом. Стоит во льдах, тихий, мощный и какой-то нереальный на фоне наших вахтовок и общаг. Этот ледокол — самый мощный в мире на сегодня. Два атомных реактора выдают столько энергии, что он может ломать лёд толщиной до трёх метров, двигаясь со скоростью пешехода. Он проводит караваны судов по всему Северному морскому пути. А название «Сибирь» — это возрождение легенды: так звали первый в мире атомный ледокол с таким названием, спущенный на воду ещё в 1977 году. Новый «Сибирь» — его достойный наследник, символ освоения Арктики. Стояли мы с коллегой, смотрели на эту громадину, покрытую инеем. Гудки не гудели, никто на палубе не маячил — все, наверное, готовились к празднику. Но от самого его вида захватывало дух. Это та самая мощь и технология, про которую пишут в новостях, а мы вот стоим рядом. Вернувшись, я отправил Вадиму фото ледокола. Ответ пришёл мгновенно: — Класс! А где ты на фоне? И где медведь с оленем? Ты же обещал! Что ж, раз пошла такая охота за впечатлениями, я решил задание выполнить. Цель №1: Белый медведь. Обнаружен в самом центре города. Цель №2: Северный олень. Стоит неподалёку, такой же пиксельный и невозмутимый. Фотографировался с ним без угрызений совести. Фотографии отправил Вадиму с подписью: «Задание выполнено. Медведь приручён, олень освоен. Ледокол — бонусом». Кажется, теперь у него отпали последние вопросы о моей «скучной» вахте. Если что — попрошу его в ответ прислать фото с дельфином и пальмой где-нибудь в Сочи. Посмотрим, что у него там экзотичного. На этом, пожалуй, всё. Новый год встретил в городе, где дома стоят на сваях, где ветер сбивает с ног, но куда иногда заходят атомные гиганты. Где настоящих медведей нужно искать за сотни километров, а памятники им — неподалеку от общаги. Всем на материке привет. Здесь по-прежнему холодно, ветрено и очень необычно. #вахта #Певек #АЭС #Чукотка #ПАТЭС #Волгодонск

«Здесь двери открываются внутрь, а деревьев нет. Что ещё шокировало меня в Певеке» Всем привет, снова Олег. Понял, что кручусь здесь, в новом доме, а про него сам почти ничего не знаю. Решил разузнать. Оказалось, я теперь живу в уникальном месте. Делюсь открытиями — думаю, вам тоже будет интересно. Этот город заслужил титул самого северного в России не просто так. Раньше этот статус делили с Диксоном и Тикси, но они в 90-е превратились в посёлки, а Певек удержался. Само имя «Певек» — уже загадка. Есть две версии: · Более прозаичная: с чукотского «Пээкин» — «толстая, вздутая гора». · Более жёсткая: «пагыт-кэнай» — «гора пахучая». По легенде, у её подножья давным-давно была большая битва, и запах надолго врезался в память местных. Вырос город, как и многое здесь, из-за полезных ископаемых. В 30-х годах нашли олово, позже — золото. Поселение превратилось в важный порт на Северном морском пути. К концу 80-х тут жило больше 13 тысяч человек. Но 90-е ударили по Певеку больнее, чем по многим другим городам: рудники закрылись, и население сократилось примерно втрое. Сейчас здесь живут чуть больше 4 тысяч человек. Город, честно говоря, необычный с первого взгляда. Вокруг — голая тундра. Деревьев нет в принципе. А дома стоят на сваях, будто на курьих ножках. Это из-за вечной мерзлоты — чтобы тепло от домов не растапливало грунт. Ещё одна деталь: первые этажи часто заносит снегом, поэтому двери в подъезды здесь открываются вовнутрь, чтобы можно было откопаться. Погода и «Южак» То, с чем я уже успел познакомиться — местный ветер «Южак» — здесь легендарен. Его порывы могут достигать 30-40 м/с, а по некоторым данным — и до 73 м/с. Он дует так, что за спиной будто образуется вакуум. Но главная погодная фишка — полярный день и ночь. Сейчас у нас как раз заканчивается полярная ночь. В этом году она длилась с конца ноября до середины января. А летом, с середины мая до конца июля, будет полярный день — солнце не заходит за горизонт. Сердце современного Певека Всё изменилось, когда сюда привезли «Академика Ломоносова». Эта плавучая атомная станция (ПАТЭС) — самая северная АЭС в мире. Она обеспечивает светом и теплом не только Певек, но и весь Чаун-Билибинский энергоузел. Станция начала работать в 2020 году и дала городу новый импульс. По сути, благодаря ей я и многие мои коллеги здесь и оказались. Окрестности и достопримечательности Если оторваться от работы и общаги, вокруг — суровая красота Арктики. · Пегтымельские петроглифы: древние наскальные рисунки возрастом около 2000 лет — самые северные в Евразии. Добраться до них сложно, но в местном музее можно про них узнать. · Остров Врангеля: объект Всемирного наследия ЮНЕСКО, знаменитый как «родильный дом» белых медведей. · Озеро Эльгыгытгын: почти идеально круглое озеро метеоритного происхождения. О нём ходят легенды, будто там водится своё чудище. Вот такой он, Певек. Город с тяжёлой промышленной историей, переживший взлёт и почти забвение, и теперь снова оживающий. Город, где дома стоят на сваях, а ветер может повалить с ног. Город на краю света, который держится на энергии атома и силе людей, которые здесь работают. Теперь, идя на работу мимо той самой «толстой горы», буду знать, под чьим именем живу. И почему иногда так сложно уснуть — может, дело не только в таблетках, но и в том, что за окном полярная ночь только-только закончилась. Крепитесь, там, на материке. Здесь, на краю карты, пока всё идёт по плану. Читайте, задавайте вопросы в комментариях — будет что рассказать, обязательно отпишусь. #вахта #Певек #АЭС #Чукотка #ПАТЭС #Волгодонск

«3 ночи в Певеке: как Южак стирает не только снег, но и твоё имя» Сплю до сих пор отвратительно. Организм никак не поймет, что мы уже не в пути, а на месте. Просыпаюсь в три ночи, в пять, в шесть — бодрый, как будто уже выспался. Главное событие дня — знакомство с Южаком. Это не ветер, ребята. Это ощущение, будто тебя пытаются стереть с лица земли струёй из гигантского фена. Ходишь, наклоняясь на 45 градусов, и думаешь: «А не вернуться ли мне в тёплый Волгодонск?» Начальник с утра выдал: «Тебе сегодня спецодежду получить». И всё. Ни словечка больше. Отправил к Дмитрию. Дмитрий, слава богу, сказал куда идти и что с собой брать. Пришел к кладовщицам в назначенное время. Ждем главного по этой части — заместителя начальника нашей службы, Спартака. Тот является, жмет руку и говорит: «Серега, готов?» Я: «Олег». Он: «А, точно». Через минуту: «Серега, помоги с бумагами». Еще через пять: «Серега, иди сюда». Коллеги потом пояснили: «Он всех Серегами зовет. И с воронами разговаривает. Не обращай внимания». Я и не обращаю. Может, я и правда теперь Серёга. На Севере ты получаешь не только спецовку, но и новое имя. Машина подъехала. Мы загрузились. Тронуться не успели — Спартак вспомнил, что нужно еще пятерых взять. Начался спор: кладовщицы говорят, что места нет, водитель матерится, Спартак звонит кому-то и мямлит в трубку. В итоге поехали только те, кто успел влезть. Остальные потом на такси догоняли. Организация — на уровне школьной экскурсии. Склад спецодежды оказался темным, как погреб. Хорошо, наши слесаря свет наладили. Выдавали все: от термобелья до ботинок. Процесс занял около часа. Спартак все это время бегал, называл меня Серегой и что-то искал. Потом оказалось, что машина, что нас всех привезла, уже уехала. Часть людей уехала на такси которое вызвал Спартак. А я остался со Спартаком и кучей своих баулов. Вызвали такси, но вместо него приехал начальник ГОиЧС на «буханке». Пока шли к машине, Южак решил меня испытать. Меня с мешками чуть не унесло в сторону. Спартак при этом суетился и кричал: «Держись, Серёга! Не отпускай штаны!» Я держался. В «буханке» уже сидел мужик — Александр. Как позже оказалось, он будет моим сменщиком. Нас довезли до общаги. Я закинул спецодежду в комнату и пошел в столовую. Есть все равно не хотелось — съел немного. После обеда — на работу. Сидел в кабинете с земляками, разговаривали. Рабочего места у меня по-прежнему нет, доступов тоже. Чувствую себя гостем на своей же работе. Вечером Южак разошелся не на шутку. Дорога до столовой и общаги превратилась в борьбу за выживание. Еле дошел. Видео прилагаю — там видно, как ветер пытается меня сдуть. Вечер: умыться, поболтать с соседом (ему завтра домой, повезло), сериал, таблетка от бессонницы, попытка заснуть. #вахта #Певек #АЭС #Чукотка #ПАТЭС #Волгодонск

«0% сна в общаге: почему организм объявил мне войну на День Первый» Добрый... впрочем, какая разница, какой день на материке. Здесь у меня всё ещё День Первый. Спал, как говно. Простите за технический термин. Организм, видимо, решил, что раз я проделал путь длиной в Россию, то и выспаться я должен за всё это время разом. В итоге просыпался каждые два часа с чувством, что уже утро и пора вкалывать. В пять утра сдался, умылся, позвонил жене (голос родной — лучшее успокоительное) и начал готовиться к подвигу. Мой спаситель и проводник Денис из соседней камеры сообщил важную новость: рано в столовую идти смысла нет. Значит, я могу поспать? Ага, щас. Просто посидел и подумал о вечном. В столовую сходили. Минута ходьбы — это, конечно, круто. Сама столовая — как столовая. Ничего такого. Еда... Ну, видимо, я ещё не настолько проголодался с дороги. Или просто желудок в панике от смены обстановки. В общем, поклевал чисто для галочки. На работу идти тоже рукой подать — минут семь. На проходной посмотрели паспорт, пропустили. Словно я не на стратегический объект, а в библиотеку захожу. Денис привёл меня в самое сердце — в административное здание, или, по-местному, АЗ. Картина внутри АЗ была знакомая: хаос. Старая вахта с горящими глазами что-то взахлёб рассказывает новой. Всё кричат, потому что иначе не слышно. В крошечном кабинете на шестерых набилось человек двенадцать. Некоторые уже психовали и сбегали в соседнюю комнату. Я, как разумный человек, сразу прибился к этим дезертирам. Занял уголок и стал наблюдать за жизнью в аквариуме. Ближе к десяти подтянулись земляки: Юра (с которым летели) и два Дмитрия. Поздоровались как старые знакомые, хотя с одним виделись впервые. Потом появился начальник. Быстро, по-деловому, сказал, к кому подойти по документам. Этим счастливчиком оказался Дмитрий. Мы поговорили. Я сделал умное лицо и кивал. Из разговора я понял ровно две вещи: 1) Его зовут Дмитрий. 2) Скоро придёт Володя. Гениально. Володя пришёл. Мы пошли. Ходили до обеда. Я здоровался, мне ставили печати в какой-то листок. На обед сходил. Аппетита всё ещё ноль. Организм, видимо, питается запасами и ностальгией по домашней котлете. После обеда — кульминация: отдел кадров. Сдал свой испещрённый подписями обходной лист, что-то ещё подмахнул. Всё. Формально я теперь работник ПАТЭС. Кадровичка, кстати, тоже из Волгодонска. Сказала: «Всё ок, работай спокойно». Главные слова за день. Успокоило. Здесь, оказывается, пол-Волгодонска. Иногда кажется, что не на вахту уехал, а в параллельный Волгодонск, только холодный и без дома. Остаток дня провёл в том самом тихом кабинете, общаясь с коллегами и земляками. Про работу — минут сорок. Про жизнь, дома, почему все здесь — все остальное время. Вечером — ужин, общага. Сосед вернулся, немного поболтали. Он показал, где тут постирать (оказывается, есть прачечная, а не таз в коридоре). Я разложил вещи, совершил вечерний моцион и лёг. И тут началось самое весёлое. Сон будто отрезало. Лежу, смотрю в потолок. Часовой пояс где-то далеко позади меня, а мой мозг решил, что сейчас самое время бодрствовать и решать мировые проблемы. Без маленькой волшебной таблетки, припасённой на крайний случай, обойтись не удалось. Вывод первого рабочего дня: адаптация — это не красивое слово из инструкции. Это когда твой желудок не понимает, голоден он или нет, голова пухнет от новой информации, а внутренние часы сломаны и показывают «где-то между Якутском и бессонницей». Но документы оформлены. Люди в целом свои, знакомые. Не один. И столовая близко. Уже неплохо. Завтра попробую вникнуть, зачем, собственно, приехал. Пока что главная работа — приручить собственный организм. Всем, кто на вахте — крепитесь. Кто дома — цените свой диван и привычный график. Это бесценно. #вахта #Певек #АЭС #Чукотка #ПАТЭС #Волгодонск