Полярные Незатейливые Рассказы

Пассажиры бывают разные. Это вам может подтвердить любая стюардесса, при этом она ещё расскажет о них массу смешных и забавных историй из собственной жизни. Ледовая разведка — это особый вид морских авиационных работ и на самолёты, выполняющие такие полёты, пассажиры попадают редко. Чаще всего это — учёные, представители раз личных министерств и ведомств, заинтересованных в проведении работ в полярных морях, а также журналисты и корреспонденты. Парни из «Северовостокзолота» попали на борт по рекомендации...

С доктором Серёгой я познакомился ещё на пароходе. Он уже зимовал на станции Прогресс в год её основания и для меня был бесценным источником информации о ней. Серж оказался любознательным человеком: он интересовался даже ледовыми условиями в акватории станции и с удовольствием рассказывал мне о своих наблюдениях. Особенно интересны мне были рассказы доктора о выводном леднике Долк, от которого постоянно откалывались айсберги. С айсбергами в своей гидрологической практике мне встречаться не приходилось, и я мало что о них знал...

Чемберлен ехал в дорогом автомобиле, свысока поглядывая в окно на проплывающий мимо пейзаж. На руках у новой хозяйки было тепло и уютно. Котик зевнул и блаженно мяукнул. Его только что приобрели у кошачьего заводчика и, снабжённого соответствующими документами, везли к новому месту проживания. Жизнь на новом месте оказалась прекрасной и безоблачной — отличное питание, прогулки, мячики, искусственные мышки, шикарная «дралка» для когтей и уютный домик, где можно было уединиться от всего мира и помечтать...

То, что эта история произошла на самом деле — нет никаких сомнений. А то, что её рассказывают по всей нашей необъятной стране от Калининграда до Чукотки и от Полярного Урала до Сочи — говорит о её подлинной народности и правдивости. Все началось в одном из московских, питерских, уральских или дальневосточных ВУЗов перед большой летней сессией, когда обилие сдаваемых предметов зашкаливает все разумные пределы. И объём информации, которую нужно уложить в студенческие головы, превышает все мыслимые и немыслимые размеры...

На окраине нашего южного городка есть небольшой лесной массив, примыкающий вплотную к реке Белой. Как и любой лес, лесочек или лесище — полон своих тайн и загадок, одну из которых я хочу поведать тебе, мой любознательный читатель. Я люблю бродить в лесу в любое время года. Весной — радует пробуждение природы. Летом — её уверенная поступь. Осенняя грусть о былом летнем великолепии мне тоже близка. А зима? Зима — это сложное время ожидания весенних пере мен. И вот снова приходит весна — буйство природы, многообразие цветов и красок...

—Я в этот раз точно волка завалю! — ещё перед самым выездом из гаража самоуверенно заявил радист Анатолий Клоков, поглаживая приклад карабина. Выследить и добыть огромного полярного волка было его заветной мечтой. Тундровых экспедиций, в которых принимал участие Толя, было много, но охот ничья удача была к нему неблагосклонна. Волк радиста спокойно гулял где-то в тундре и парню оставалось только мечтать о встрече с ним. Толя не был жестоким человеком, да и страстным охотником его назвать было трудно, но мечта о волке у него родилась не на пустом месте...

В пяти километрах от посёлка старателей — добытчиков олова — находилась старая, почти заброшенная перевалочная база. Геологи её посещали редко, но поскольку какое-никакое имущество геологических партий на ней всё ещё находилось, то его надо было охранять. Этим и занимался Фарид — постоянный обитатель перевалки. Жил он тут один и жизнью отшельника не тяготился. Кроме того, на перевалке были необыкновенные лошади. Завезли их на Чукотку в те далёкие времена, когда геологи только начинали исследовать этот далёкий северный край...

— Из Черского к нам летит «адмирал ледовой разведки», ты будешь с ним работать в Анадырском заливе на проводке каравана в Анадырь. Готовься… и позвони ему в Черский, может, что-то из карт нужно на борт взять. Зовут его Василий Иванович, — сообщил мне мой начальник. Тут необходимо сделать маленькое лирическое отступление и пояснить, кто такой Василий Иванович и как он получил по чётное прозвище «адмирала ледовой разведки». Дело было так. Василий Иванович, гидролог-инструктор, занимался проводкой каравана военных кораблей в тяжёлых льдах Чукотского моря...

Маленький уютный аэропорт колымского посёлка Черский. Под горкой стоит готовый к вылету самолёт ледовой разведки — знаменитый и легендарный Ил-14. Аппарат, как сказал бы паровозный машинист — «под парами», экипаж ждет прибытия на борт командира и штурмана с подписанными полётными документами. И вот они появились вместе с убелённым сединами пожилым человеком. Командир у лесенки-стремянки сделал пригласительный жест, и гость поднялся на самолёт. Несмотря на почтенный возраст сделал он это по-молодецки лихо, вероятно, авиационные трапы, трапики и разного рода стремянки ему были хорошо знакомы...

Экипаж краснозвёздного, покрытого шаровой краской самолёта Ан-26, прибыл на аэродром базирования в маленький заполярный посёлок на берегу Северного Ледовитого океана. Задачи, возложенные на военных лётчиков морской авиации, были важны, сложны и касались неприкосновенности рубежей социалистического отечества. К экипажу были прикомандированы два гражданских гидролога ледовой разведки. Парни оказались компанейскими и экипаж их принял сразу. Только замполит группы Ян Лацис иногда строго поглядывал на вновь прибывших и сурово хмурил брови...

… А дело было так: сидим, ловим карасей — мешок, в который мы их складывали, переполнился и я решил отнести добычу в домик, где есть морозильник и заодно принести новую тару. Мой дружок Вова просит меня прихватить пивка из холодильничка. А пока я ходил, к месту, где мы обосновались, подошли юные рыбаки и сели рядом с нами. Очередная подсечка — и Вова вытаскивает золотую рыбку. Местные рыбаки привстали, а Вова и говорит: — Рыбка золотая, надо бы желание загадать. Почесал затылок и с таким видом, как...

Алексей Степанович, кадровый военный, вышел в запас, отдав Родине и танковым войскам 33 года своей жизни. Перед ним простиралась полная неизвестности пенсионная жизнь. Что делать дальше, чем заниматься и к чему приложить свои, не до конца истраченные силы? Эти вопросы не давали покоя офицеру запаса. И вот во время одной из встреч за рюмкой «чая» старый друг майора Иван Васильевич неожиданно сказал: — Лёша, а ты дачный участок приобрести не хочешь? Свежий воздух, свои помидорчики, огурчики. Вон у тебя на столе всё с рынка...