Глава первая
Последний рубеж
Всякое на свете бывало. Не каждую историю в этом мире можно услышать из чьих-то уст. Порой события давних лет просто рассыпаются, словно пепел на ветру. Тогда возможно — любой...
Когда мы были на войне, там каждый думал о своей любимой или о жене.
А он не думал. Не о ком было.
Алексей Синельников лежал в госпитале, смотрел в потолок и считал трещины. Двадцать три штуки. Потом сбился и начал заново...
Глава первая
Николай проснулся оттого, что мать стояла над ним и смотрела.
Он открыл глаза и сразу увидел ее — склонившуюся, с мокрым от слез лицом, с платком, зажатым в руке. За окном было еще темно, только первые петухи пробовали голоса где-то далеко, за огородами...
Глава первая
Рассвет
Кузьма проснулся оттого, что затекла рука.
Лежал на правом боку, подмяв под себя локоть, и сквозь сон слышал, как за стеной возится мать. Скрипнула дверца печи, звякнула заслонка, запахло дымком и чем-то съестным — кашей, должно быть, пшенной, на молоке...
Глава первая
Утро перед боем
Петрович проснулся от тишины.
Это было странно — за два месяца на передовой он отвык от тишины так, будто её и не бывало вовсе. Она всегда была чем-то заполнена: либо канонадой,...