Ирма Грэй | Неудобные вопросы и честные ответы

Девочки, держитесь за стул. Сейчас будет история, от которой у меня до сих пор ком в горле. Звонит мне Наташка на прошлой неделе и сразу рыдает в трубку: "Я больше не могу с ними разговаривать. Они меня убили морально". Наташе 48. Работает финансовым директором в крупной компании. Развелась 10 лет назад, детей нет. Мама — единственный близкий человек. Три года назад у мамы случился тяжёлый инсульт. Правая сторона полностью парализована. Говорить может только "да" и "нет". Кормить через зонд, переворачивать каждые два часа, памперсы, пролежни, капельницы...

Господи, сколько раз я читала такие истории в интернете и думала: «Ну что за дуры? Кто в здравом уме вкладывает деньги в чужую недвижимость?». А потом сама стала этой дурой. Счастливой, влюбленной идиоткой с перфоратором в одной руке и каталогом итальянской плитки в другой. Я вложила в квартиру мужа полмиллиона рублей, два года жизни и душу. А когда он нашел другую, выяснилось, что по закону я здесь — никто. И мои полмиллиона — это, оказывается, «плата за проживание». Как я сама себя обманула Когда мы с Сергеем сошлись, расклад был такой: у него — убитая «однушка», доставшаяся от бабушки...

«Зачем тебе новые джинсы? Ты же всё равно дома сидишь, никто тебя не видит. А старые можно и зашить, если уж приспичило». Я смотрела на мужчину, который еще год назад стоял на коленях и умолял родить ему наследника, и не узнавала его. Передо мной был не любящий муж, а надзиратель в колонии строгого режима. В тот момент я поняла: декрет — это не отпуск. Это идеальная ловушка, в которой женщина теряет право голоса. Хроника финансового насилия До рождения сына у нас с Олегом всё было «как у людей». Я хорошо зарабатывала, у меня была своя машина, свои карты, свои "хотелки"...

Вчера встретила бывшую коллегу, Марину. Всегда такая цветущая, ухоженная женщина, а тут идет - глаза на мокром месте, в руках сумка с продуктами дрожит. Зашли в кофейню, я ей воды заказала. Думала, случилось что страшное. А оказалось - война с собственной дочерью. Марине 56 лет. Она еще работает, ходит в бассейн, начала учить английский. В общем, живет полной жизнью, пока здоровье позволяет. У нее есть дочь Катя и двое внуков - 3 года и 6 лет. Марина внуков любит. Подарки покупает, в зоопарк водит раз в месяц, летом на дачу берет на неделю...

Присаживайся, разговор у нас сегодня будет про будущее. И про то, как мы своими руками, возможно, это будущее у наших детей воруем. Или спасаем? Я уже сама запуталась. Вчера я была на родительском собрании у племянника. 11 класс, выпускной на носу. Я ожидала увидеть панику, услышать разговоры о репетиторах, о баллах ЕГЭ, о том, «как поступить на бюджет». Помните, как это было у нас? Если ребенок не поступил — это трагедия, позор семьи, «дворы мести пойдешь». А тут я сижу и чувствую, что попала в какое-то зазеркалье...

— Ты живешь за мой счет, так что свое мнение держи при себе! — выпалил Денис, не отрываясь от экрана телевизора. Елена застыла с половником в руке. На кухне повисла звенящая тишина, в которой было слышно, как гудит холодильник. — Что ты сказал? — переспросила она тихо, надеясь, что ослышалась. Денис, чувствуя себя хозяином положения, лениво повернул голову: — Что слышала. Я деньги в дом несу. Я решаю, на что их тратить. А твое дело — хозяйство вести и не пилить меня. Елена аккуратно положила половник на стол...

Эту историю мне рассказала моя хорошая знакомая Лена. Мы сидели у нее на кухне, она перебирала старые фотографии и просто вытирала слезы рукавом. Ситуация у нее страшная, но, к сожалению, типичная. Две сестры. Одна квартира. И полная тишина в отношениях. Лена и ее младшая сестра Ира всегда были дружны. Разница в 5 лет, в детстве дрались, конечно, но во взрослой жизни поддерживали друг друга. Пока была жива мама, семья собиралась за одним столом, лепили пельмени, праздновали дни рождения. Полгода назад мамы не стало...

Вчера я зашла в кофейню в центре города. За соседним столиком сидела девушка лет двадцати пяти. Симпатичная, свежая. Но на лице у неё были налеплены зеленые патчи под глаза, на голове — какая-то невнятная «гулька» из грязных волос, а одета она была буквально в пижамные штаны и растянутую майку. При этом рядом на стуле стояла сумка стоимостью в три моих зарплаты, а в руках был последняя модель айфона. Она громко, на все заведение, обсуждала свои анализы с подругой по видеосвязи. Я смотрела на неё...

У меня есть приятель, Олег, успешный юрист из Петербурга. Мужчина видный, при деньгах, но с головой на плечах. Недавно он летал по делам в Абу-Даби. Вернулся странный, задумчивый. — Ирма, — говорит, — я в самолете чуть с ума не сошел. Думал, у меня в глазах двоится. Или троится. Олег летел бизнес-классом из Пулково. Огляделся по салону, а там — инкубатор. Девушки сидят — как под копирку. Одинаковые носы-пуговки, одинаково (и чрезмерно) надутые губы, нарощенные волосы до пояса и, конечно, брендовые сумки на коленях, выставленные напоказ, как трофеи...

Вчера я встретила своего давнего знакомого, Вадима. Ему сорок восемь, он «в активном поиске» уже лет семь. Вадим — мужчина неплохой, руки откуда надо растут, но глаза у него вечно какие-то тоскливые. — Ирма, — говорит он мне, размешивая сахар в стаканчике, — нормальных женщин не осталось. Одни меркантильные стервы. Всем подавай Эмираты, шубу и ремонт. А где простые? Где душевные? И тут он достает телефон и с гордостью показывает мне «идеал». С экрана на меня смотрит женщина в гипюровом халатике. Фон — классика жанра: пестрый ковер на стене и уголок дивана...

Вчера я перевезла последние коробки в съемную однушку. Села на диван, посмотрела на чужие обои и вдруг расплакалась. Не от горя. От облегчения. Мне 53 года. У меня двое взрослых детей, внук и стаж брака - 31 год. А еще у меня теперь статус "разведенка", которым меня пугают все подруги. А я слушала ее и понимала: она не слышит. Никто не понимает, что хуже одиночества может быть только одиночество вдвоем. Как мы стали соседями Это не случилось в один день. Не было скандалов, измен или битья посуды...

В эти выходные меня трясло так, что пришлось пить корвалол. Вроде мелочь, ерунда, но от обиды просто ком в горле. Я не была на даче две недели. То работа, то спину прихватило. Но ехала с предвкушением - у меня там малина созрела, крупная, сортовая. Думала, сейчас соберу ведерко, внукам сварю пятиминутку, сама поем с куста. Приезжаю, захожу за дом... а там пусто. Ветки висят голые. Ни одной ягодки, даже зеленой. Как будто пылесосом прошлись. Я сначала подумала - птицы? Но птицы так чисто не клюют, они все равно что-то оставляют или портят...