Женский флер

Я всегда думал, что старость пахнет яблочным пирогом и сушеными травами. В тот воскресный день моя старость именно так и пахла. Лида, моя жена, колдовала на кухне, и теплый, сладкий аромат корицы окутывал нашу маленькую двухкомнатную квартиру, как пуховый платок. Я сидел в своем старом кресле, том самом, что скрипело, как несмазанная телега, и перебирал брошюры. «Солнечный берег», «Золотые пески», «Лазурный». Слова-то какие, будто не из нашей жизни. Мы с Лидой ни разу не были на море. Всю жизнь — завод, огород, дети...

Игорь Валентинович ненавидел утро понедельника. Оно всегда пахло остывшим кофе и несбывшимися надеждами. Но это утро было особенным. Оно пахло еще и войной. Сегодня, в 14:00, генеральный директор «Грант-Строй-Инвеста», Степан Валерьевич, должен был объявить, кто займет вожделенное кресло начальника планово-экономического отдела. Претендентов было двое: он, Игорь Валентинович Кравцов, проработавший в компании двенадцать лет, и она. Алиса Громова. Он посмотрел на свое отражение в темном экране монитора...

Аркадий Петрович Воробьев был человеком-функцией. Каждый день, ровно в 8:45, он выходил из своей двухкомнатной квартиры в спальном районе, садился в старенький, но надежный «Логан» и ехал на работу в ООО «СтройВектор». Там он садился за свой стол, заваленный папками «Корона», включал гудящий системный блок и погружался в мир дебетов, кредитов и счетов-фактур. Цифры были его средой обитания. Они были послушны, логичны и никогда не предавали. В отличие от слов. Слова были его тайной, несбывшейся любовью...

Марина Викторовна положила стопку тетрадей на свой старый, исцарапанный поколениями учеников стол и обвела класс тяжелым взглядом. Тридцать лет она входила в этот кабинет. Менялись портреты писателей на стенах, цвет штор, даже парты становились другими, но одно оставалось неизменным – гул юности перед началом урока. Только сейчас это был другой гул. Не шепот и смешки, а тихое свечение экранов и едва слышное шуршание пальцев по стеклу. Ее десятый «Б», ее личный филиал ада на земле. – Здравствуйте, садитесь, – произнесла она своим поставленным, привыкшим перекрывать любой шум голосом...

Слово «помощь» казалось Ане самым сладким на свете. После бессонной недели с новорожденным Мишей, когда дни и ночи слились в один туманный гул из плача, кормлений и смены подгузников, приезд свекрови, Марины Борисовны, виделся спасением. Дима, муж, сам предложил: – Мама приедет на пару недель, поможет тебе в себя прийти. Она троих вырастила, опыт колоссальный». Аня, уставшая и неуверенная в себе, с радостью согласилась. Она хотела быть хорошей невесткой и верила, что опытная женщина действительно станет опорой...