Иван Драгунов | Ваш личный психолог

Вечер начинался почти идеально. Виктор пригласил меня к себе на ужин после трёх недель приятной переписки и пары встреч в кафе, где мы разговаривали обо всём — о книгах, о жизни, о том, как сложно найти близкого человека в нашем возрасте. Ему пятьдесят четыре, мне сорок восемь, и, казалось, мы оба устали от пустых знакомств и поверхностных разговоров. Он выглядел солидно, говорил уверенно, держался с достоинством. Я подумала: может быть, это наконец-то тот самый человек, с которым можно по-настоящему быть собой...

Есть моменты, когда ты понимаешь: доверять нельзя никому, пока не узнаешь человека по-настоящему. И неважно, сколько ему лет, как он одет и насколько вежливо улыбается при встрече. Потому что за маской приличия может скрываться что угодно. Именно это я поняла в ту субботу, когда согласилась на предложение Анатолия поехать к нему на дачу «просто отдохнуть, подышать воздухом, пожарить шашлык». Мы познакомились месяц назад в кофейне рядом с моим домом. Он часто сидел там по выходным с ноутбуком, работал удалённо, как потом выяснилось...

Иногда одна фраза способна стать той самой последней каплей, которая заставляет проснуться от многолетнего сна. Моей каплей стали слова сорокапятилетней коллеги Марины, которая, узнав о моём разводе, расхохоталась мне в лицо и сказала: «Люда, ты что, с ума сошла? Тебе сорок девять! Кому ты нужна в твоём возрасте? Сиди дома, внуков жди, а не по свиданиям бегай!» В тот момент, стоя в офисной курилке и слушая её насмешливый смех, я впервые за восемнадцать лет брака поняла одну простую вещь: я устала жить чужой жизнью...

Моя коллега Ирина, сорок четыре года, замужем двадцать лет, в июне прошлого года начала крутить с новым сотрудником Денисом, тридцать два года. Я это заметил сразу — они обедали вместе, смеялись над какими-то шутками, она стала наряжаться на работу как на свидание. Коллеги перешёптывались: "Ирка совсем оборзела, муж дома сидит, а она тут с мальчиком." Но Ирина была уверена — никто ничего не знает, всё под контролем. Особенно муж. Олег, пятьдесят лет, работает удалённо программистом, дома всегда, тихий, спокойный...

Мне пятьдесят три года. Женат двадцать лет на Ирине, ей сорок девять. Месяц назад друг Олег, сорок девять лет, женат двадцать четыре года на Светлане, сорок шесть лет, рассказал историю. Они поссорились. Серьёзно. Светлана обвинила его в том, что он забыл про годовщину свадьбы. Олег на следующий день купил букет роз. Сто одна штука. Шесть тысяч рублей. Пришёл домой. Протянул букет. Сказал: — Света, прости. Я виноват. Светлана посмотрела на букет. Взяла. Подошла к окну. Выбросила. Олег стоял в шоке:...

Мне пятьдесят три года. Последние четыре года после развода я наблюдаю за отношениями вокруг — своими, друзей, коллег. И заметил странную вещь: женщины постоянно транслируют мужчинам три утверждения, которые не имеют ничего общего с реальностью. Более того — эти утверждения часто являются полной противоположностью правды. Вот эти три иллюзии. И вот почему они ложны. Это утверждение я слышал сотни раз. От разных женщин. В разных ситуациях. Но вот вопрос: кто создаёт романтику в отношениях? Давайте честно...

Большинство психологов работают по одной схеме: слушают сочувственно, кивают понимающе, говорят "вы молодец что пришли", предлагают "принять ситуацию." Виктор, пятьдесят восемь лет, кандидат психологических наук, специализация — мужская психология и семейные кризисы — работает иначе. Он не утешает. Не жалеет. Не говорит "это не ваша вина." Он задаёт вопросы, на которые неприятно отвечать. И не даёт увиливать от ответов. Я пришёл к нему три месяца назад с проблемой: "Жена меня не уважает." Он задал...

Суббота, утро. Я пью кофе на кухне, Ирина гладит бельё. Восемнадцать лет брака. Сын Максим уехал в университет год назад, живём вдвоём. Она выключает утюг. Садится напротив. Смотрит в окно, потом на меня: — Олег, мне кажется, нам нужно разойтись. Я ставлю чашку. Не ожидал. Но и не удивился особо. — Почему? Она пожимает плечами: — Не знаю. Просто... всё не то. Ты занят работой, я своими делами. Мы как два параллельных поезда. Едем, но никогда не встречаемся. Я киваю: — Понял. Хорошо. Если хочешь — давай разведёмся...

Работаю в офисе продаж. Мне пятьдесят два года. В нашем отделе работает Марина, тридцать восемь лет. Разведена год назад. Сидим мы с ней в курилке (я не курю, просто кофе пью там), она листает телефон. Я случайно вижу экран — она смотрит страницу какого-то мужика в ВК. Листает фотки, читает посты. — Марин, а это кто? — спрашиваю. Она вздрагивает, убирает телефон: — Никто. Бывший. — Часто смотришь? Молчит. Потом: — Каждый день. Я удивляюсь: — Зачем? Ты же год назад от него ушла. К другому. Она смотрит в окно: — Знаешь, Виктор...

Марина сидела за столом в ресторане и пыталась казаться невидимой. Вокруг галдели коллеги мужа — человек тридцать, все нарядные, весёлые. Корпоратив строительной компании, Виктор получил премию как лучший прораб года. Ей сорок четыре года, работает бухгалтером. Замужем за Виктором двадцать два года. Двое детей, оба уже взрослые, живут отдельно. Последние четыре года Марина борется с весом. После операции на щитовидке набрала тридцать килограмм. Врачи говорят — гормоны, терпите, будет долго уходить...

Людмила поправила скатерть на столе и в последний раз проверила, всё ли готово. Салаты, пироги, мясо в духовке. Дочь Вероника предупредила: — Мам, я приведу Анатолия. Наконец-то познакомитесь. Людмиле пятьдесят три года, Веронике двадцать восемь. После института дочь жила одна, карьеру строила — архитектор, своё бюро открыла. С мужчинами не складывалось. То ветреные попадались, то инфантильные. А месяц назад позвонила, голос сияющий: — Мама, я встретила настоящего мужчину. Взрослого, состоявшегося...

Мне пятьдесят один год. Женат восемнадцать лет на Ольге, ей сорок восемь. Год назад друг Виктор, сорок семь лет, женат двадцать два года на Анне, сорок четыре года, пожаловался: — Игорь, я устал. Жена меня не уважает. Делаю всё, что она просит. А она всё равно недовольна. Я спросил: — Что именно делаешь? — Всё. Отдаю зарплату ей. Не спорю, когда она принимает решения. Прощаю, когда она срывается на крик. Терплю её претензии. — И что она? — Говорит: "Ты слабый. Настоящий мужчина не потерпел бы." Я сказал Виктору одну вещь...