Годами молчала ради мира в семье, но на юбилее высказала всё
– Ты только не заводись, Вер, но за банкет придется с твоей кредитки доплатить. У меня там по нулям почти, до зарплаты еще дотянуть надо. Вера замерла с утюгом в руке. Пар с шипением вырвался из подошвы, обдав жаром гладильную доску и влажную ткань мужской рубашки. Она медленно подняла глаза на мужа. Анатолий стоял в дверях спальни, небрежно прислонившись плечом к косяку, и пытался изобразить на лице виноватую, но совершенно невинную улыбку. Эту улыбку он всегда пускал в ход, когда проигрывал в семейной бухгалтерии...
