Русская душа

Я увидела их случайно. Шла из магазина с тяжелыми пакетами, остановилась передохнуть у скамейки в парке. И тут они появились. Андрей и она. Вместе. Он держал ее за руку. Она что-то рассказывала, улыбалась. Тихая улыбка, спокойная. Андрей кивал, слушал внимательно. Они выглядели как идеальная пара. Размеренная, неторопливая прогулка. Никакой страсти, никаких громких слов. Просто двое людей, которым хорошо вместе. Я спряталась за дерево. Глупо, конечно. Мне сорок шесть лет, а я прячусь как девчонка...

Я стояла у могилы отца и не могла поверить, что его больше нет. Холодный ноябрьский ветер трепал черную накидку на моих плечах. Рядом стоял брат Игорь с женой Светланой. Они держались особняком, что-то тихо обсуждали между собой. Отец умер внезапно. Инсульт. Не успели даже скорую вызвать. Я приехала через час после звонка Игоря, но папы уже не было. Он лежал на диване в своей однокомнатной квартире, накрытый пледом. Лицо спокойное, будто уснул. — Наташ, нам надо поговорить, — Игорь подошел ко мне после поминок...

Телефон зазвонил поздно вечером. Я как раз доела ужин и собиралась смотреть сериал. На экране высветилось незнакомое имя: Анна. — Алло? — Это Татьяна Игоревна? — голос был резким, неприятным. — Да, это я. А вы кто? — Я Анна, жена вашего сына. Звоню предупредить. Не смей приезжать в больницу! Он больше не хочет видеть тебя! В ушах зазвенело. Я схватилась за спинку стула, чувствуя, как подкашиваются ноги. — Какая больница? Что с Димой? — Ничего особенного. Аппендицит вырезали. Операция прошла нормально...

Дождь стучал по окнам больничной палаты. Я лежала и смотрела в потолок, считая трещины на побелке. Двадцать три. Ровно столько же лет, сколько прошло с того дня, когда я сделала выбор, перевернувший всю мою жизнь. — Ирина Валерьевна, вам врач назначил капельницу на два часа, — медсестра вошла с железным лязгом тележки. — Сейчас поставлю. Я молча протянула руку. Привыкла уже. Третья госпитализация за год. Сердце шалит. Врачи качают головами, говорят, что в сорок восемь лет такого быть не должно. Но должно, если всю жизнь живешь с камнем на душе...

Пятьдесят пять. Круглая дата, как говорила покойная мама. Я встала рано, еще до будильника. За окном моросил октябрьский дождь, и город выглядел серым и усталым. Примерно так же, как я себя чувствовала последние месяцы. Дочь обещала приехать к обеду. Зять тоже вроде бы собирался. Внучка Машенька точно придет, она всегда помнит про бабушкины дни рождения. Вчера даже прислала голосовое сообщение: "Бабуль, завтра у тебя праздник! Я испеку твой любимый пирог с яблоками!" Я прошлась по квартире, проверяя, все ли готово...

- Мам, я приеду в субботу, - сказал я в трубку, стараясь говорить спокойно. - Серёженька! Наконец-то! Я уже и не надеялась, - голос матери дрогнул. - Сколько лет прошло... - Три года, мам. - Три года и два месяца, - поправила она. - Я комнату твою не трогала. Всё, как ты оставил. Положив трубку, я посмотрел в окно. Москва встречала дождём. В родном городке сейчас, наверное, тоже льёт. Осень там всегда была затяжной и тоскливой. *** Поезд прибывал рано утром. Мать встретила меня на перроне, прижала к себе и расплакалась...