Реальная мистика

В студенческие годы, летом, я перебивалась случайными заработками, среди которых была торговля квасом в знойные дни. Мой квасной «форпост» – пузатая деревянная бочка – располагался возле центрального рынка, по соседству с колоритными «нахальными рядами». Там, словно прикормленная ворона, восседала цыганка лет шестидесяти – высокая, корпулентная женщина с прокуренным голосом. Странная особа. Неизменно одаривала прохожих щербатой улыбкой и провожала долгим, изучающим взглядом. Вскоре мы заметили её странную привычку – разговаривать с невидимыми собеседниками...

Ольга и Лида, чья дружба началась еще со школьной скамьи, были неразлучны, словно две капли воды. После школы их пути разошлись — Ольга поступила в педагогический, а Лида в журналистику, но судьба оставила их в одном городе. Обе вышли замуж почти одновременно, и разница в возрасте их детей была незначительной: у Ольги родился сын, а у Лиды — дочь. Однажды Лида, вся в слезах, с багровым синяком под левым глазом, появилась на пороге дома Ольги.  – Лидочка, что случилось? – встревоженно спросила Ольга...

Никита, Светлана и Татьяна были неразлучны с первого курса политехнического. Никита и Светлана, словно сошедшие с глянцевой обложки, – красивая и многообещающая пара. Он – статный спортсмен, подтянутый и успевающий в учебе, она – под стать ему, умна и хороша собой. Татьяна же с первого курса порхала от одного мимолетного увлечения к другому, все искала "того самого", принца на белом коне. Однажды вечером Татьяна вихрем влетела в их комнату в студенческом общежитии и, сияя, принялась лихорадочно собирать вещи...

Олег был завидным женихом – единственный сын в обеспеченной семье, племянник и внук, обласканный судьбой. Но, вопреки ожиданиям, не избалованный, а трудолюбивый и скромный. В высших кругах, где вращались его родители, каждая мать, имевшая дочь на выданье, мечтала породниться с ним. Особенно усердствовала Светлана, чья дочь, Оксана, была видной претенденткой. Оксана, собой не дурна, к учебе равнодушна, рано познавшая вкус мимолетных романов, видела в браке с Олегом билет в беззаботную жизнь, о чем не раз делилась с матерью, встречая полное одобрение...

Конец девяностых выдался сумбурным и тревожным. Комната в бараке, наше пристанище с дочерью и мужем, готовилась к сносу. Обещанная взамен двухкомнатная квартира в новостройке манила перспективой, но требовала доплаты, неподъёмной для семьи, где я – в декретном отпуске, а у мужа лишь шаткие заработки. Помощи ждать было неоткуда. Новая квартира, "ленинградка" на втором этаже кирпичного дома, казалась воплощением мечты. Раздельные комнаты рождали в голове картины идеального дома: здесь будет детская, там – наша спальня… – Катюш, что опять загрустила? – Володя смотрел с нежностью...