ИРИНА БАЙМЯШКИНА

Погас везде вечерний свет, Тревог и шума больше нет. Укрыла мгла мой старый дом, Всё погрузилось в сладкий сон. Не скрипнет пол, не дрогнет дверь, Спокойно на душе теперь. И ветер шепчет за стеной, Нарушив призрачный покой...

Ой ты, зимушка-зима, Снежная метелица, В белое все стелится, За окном завьюжило, Холодом застужило. Ветры буйные поют, В поле завывают. И снежинки там и тут, В хороводе кружат. Намело сугробы ввысь, Все вокруг искрится... Вьюга воет за стеной, Песни напевает...

Змеей подкожной заползла ты, яд тая, И в сердце, словно паразит, осела. Отравлен я тобой, и жизнь моя В мученьях, как в геенне, пролетела. Чесотка -- и то лечится в итоге, А от тебя защиты не найти. Червь точит душу в горестной тревоге, И силы покидают на пути. Нет выхода, лишь тени предо мною, И мнимый отдых, словно миражи...

Зимушка к нам забрела за окном, Стелит метелица лунь серебром. Вьюга гуляет, поет на ветру, Снежные хлопья танцуют в бору. Шепчутся в шубах деревья, как в сказке, Снится река себе в ледяной маске. Солнце сквозь тучи лучом пробивается, В снеге искрится поёт отражается...

А снег ложится под ногами Пушистым, тихим одеялом, И мир вокруг, как белом в храме, Завесою укрыт устало. Деревья в инее молчат, И сказку зимнюю читают, И хлопья тяжело летят, Ложатся легкие и тают. Замерзла речка подо льдом, Искрится в лунном серебре, А ветер бродит за углом, Напоминая о зиме...

В серой дымке серых будней Я растворюсь среди толпы. В голове ни единой мысли, Ускользающий взгляд на две тысячи ярдов, Среди непроглядной мглы. Пустые надежды, пустые страдания, И чьи-то несбывшиеся мечты...

Как жить на свете белой и пушистой, Ведь отовсюду черти тянут в пляс? А где-то там, за гранью, за чертой, Живет другая, не такая как сейчас. Ей всё легко, ей всё по барабану, А ты сидишь и думаешь: "Ну...

УДОБНАЯ КУКЛА Надоело быть чьей-то жилеткой. Куклой быть для услады тех глаз, Что не видят в тебе человека... Что не знают, что в сердце сейчас. А душа воет пламенем лисьим, В клочья рвётся в тоске затаясь. Перепутаны волосы-мысли. Хаотично как в улье роясь. Но молчанье рву, словно цепи, И сжигаю мосты, не таясь. Я на этом безжизненном склепе Человеком рождаюсь, смеясь...

Я ОТПУСКАЮ Беги, коль хватит духа, хватит сил! И если крест моей любви тебе не мил. Беги от сумрака, от тягостной тоски, От горькой правды от которой далеки. Лети, свободной белой птицей в небесах, Где солнца луч играет в золотых власах. Оставь же этот мрак, оставь мою печаль, И пусть тебе не будет прошлого так жаль. Беги, чтоб сердцу боль не ощущать, Чтоб нежность светлую во мне не заглушать...

МУШ—ОБЪЕЛСЯ ГРУШ Муж мушки, мух, ты бедное созданье! Вкусив плодов, познал ты муки знанье. Объелся груш столь спелых, сочных, сладких, И вот лежишь, в агонии стеная. Не бьётся сердце, видя эти муки, Уходит жизнь, печальною разлукой. Зачем же глупый, жажде ты отдался? И в сладкой неге, разума лишался? Теперь лишь боль, и слабость в крыльях нежных, А груши те – лишь призрак грез мятежных. Как исцелить тебя, мое ты счастье? Как облегчить столь горькое ненастье? В глазах твоих – предчувствие конца, А я стою, беспомощна, тоскую...

Я ЗАПЛЕТУ ЕЕ ВОЛОСЫ НЕЖНО Я заплету ее волосы нежно, Лентой алой атласной. Вплету в них ласку и любовь. Тепло в ладонях моих тает, И боль ушедшая растает. Они, как нити света лунного Хранят молчанье и ответы. С каждой косой – забвенья нить, Что прошлое поможет отпустить. Вплету туда я солнца лучик, Чтоб жизнь ее была певуча. Чтоб каждый вздох был свеж и нов, И мир дарил лишь добрый зов...

ВЫПЬ И СЕЛЕЗЕНЬ (Терапевтическая сказка)