ChristinaDulepova

И уходит не просто человек — уходит эпоха, где мода ещё служила женщине, а не алгоритмам. Валентино был из тех редких, кто умел делать красоту тихо. Без хайпа, без дым-машин, без шума ради шума. Он делал коллекции, от которых хотелось жить на полтона нежнее. Я всегда узнавала его платья. Их не нужно было подписывать: они узнавали женщину. У Валентино ткань никогда не съедала личность — наоборот, поддерживала её. Женщина была центром, светом, дыханием показа. А платье лишь струилось, подчеркивало, благородно молчало, помогало раскрыться. Сегодня в моде много крика...

Он чем-то похож на моего бывшего. Интеллекта — столько же. Только мой, к счастью, ребёнка в сугроб не кидал. Он просто не развивал соцсети и не гнался за вниманием. Но вот паттерн — 1:1. Фраза, которую когда-то слышала слово в слово: «Что семье с твоих проектов? На косметику потратишь?» Это классика: для таких мужчин всё, что делает женщина — не для семьи, а «для себя». Вообще смешно, как легко выстреливает этот детский сценарий: — его траты = инвестиция — её траты = пустая прихоть Причём чаще всего это говорит человек, который ест свой окорок сам, но свято верит, что окорок — «на семью». А косметика, которую женщина покупает, — «на себя»...

? Хотя обсуждать там было что. И да — всё же было видно задолго до брака. Два нарциссических персонажа, но разных уровней: один — функциональный, другой — грандиозный. Ху из ху — догадаетесь сами. Но что я заметила? В комментариях — традиционные сопли: «бедная Саша… одна… дети… как она…» Люди, серьёзно? Вы роботы, которые воспроизводят прошивку советской лавочки? Откуда эта логика, что женщина после развода автоматически несчастная? Давай факты без жалости: • молодость + здоровье • многомиллионный...

» Кто смотрел мои сторис? После нового года я подняла просмотры по простой связке из трёх шагов. Просто делала. Без ожиданий. Без истерики «должно выстрелить». Алгоритм устроен честно: делаешь — он даёт просмотры; продолжаешь — он даёт ещё больше; не сдуваешься — начинается рост; Раньше я думала иначе. Маленькие просмотры = я недостаточная. Я искала ошибку в себе: «не такая речь», «надо курс», «надо фотосессию лучше», «у меня мало экспертности», «неинтересно», «люди не цепляются», «я не создана для этого»...

… 3 января мне пришло сообщение: «Алексей Борисович Заморкин умер». И в этот момент внутри что-то тихо, но окончательно сдвинулось. Он был одним из величайших фотографов, которых я знала. Моим учителем. Человеком, рядом с которым хотелось выпрямляться внутренне. Его знали не все — но те, кто знал, понимали масштаб. Пять раз подряд в японском альманахе 100 лучших фотографий мира. Пять. Или даже семь… Карл. Я называла его «Великий и Ужасный». Он в ответ улыбался своей кошачьей, усатой улыбкой — и всё сразу становилось на свои места...