Любит, Не любит, Люблю | Истории

— Что значит: «Я же мать»? И что с того? У меня что, клеймо на лбу — «Банкомат для Сашеньки»? — Голос дрожал, но не от страха, а от многолетней, выдержанной, как вино, горечи. Я стояла посреди гостиной родительского дома, который лет десять как стал для меня чужим, и смотрела на маму. Ее лицо пошло пятнами, а в глазах читались шок и обида. Папа, как обычно, молчал, уткнувшись в свой ноутбук, словно проверяя прогноз погоды на ближайшие сто лет, но я чувствовала его невидимое присутствие, его молчаливую поддержку Саши, которая всегда была очевиднее любых слов. Саша, мой младший брат, сидел на диване,...

– Марина, ты вообще когда-нибудь отдыхала в своей жизни?! – пронзительный голос свекрови, Анны Павловны, врезался в утренний сон Марины, словно раскаленный гвоздь. Она резко распахнула глаза. Солнечный луч, пробившийся сквозь неплотные занавески, больно ударил по сетчатке. В голове тут же всплыл вчерашний вечер: Анна Павловна стояла над ней с тазом перебранной клубники и сияющим видом, а Марина, скрючившись в три погибели, ковырялась в грядках с прополкой. – Вот теперь отдохнешь, дорогая! – вещала свекровь, вручая ей неземную ношу...

Сентябрьский вечер застал меня за разбором старых фотографий. Нехитрое занятие — перебираю снимки, сортирую воспоминания, и вдруг пальцы замирают над выцветшим глянцем, где я стою на фоне темного леса с корзинкой в руках. И сразу накатило, словно волной: тот самый запах прелой листвы, тревожный шорох ветвей и ощущение, что между мной и лесом давно идет какая-то необъяснимая игра. Многие не поверят, но я дважды исчезала в лесу, который знала как свои пять пальцев. Дважды он менялся, перекраивал свои тропы и не выпускал меня, словно решил что-то проверить...

Судьба привела к нему дважды: книга, изменившая всю мою жизнь, когда я не была к этому готова Я помню тот день с удивительной четкостью — будто это случилось вчера, а не двадцать лет назад. Мне было 18, и я задыхалась от собственных желаний. Они переполняли меня, как весенняя река, грозившая затопить все берега. Наш маленький городок с его предсказуемыми улицами, с пожилыми соседками на лавочках и анютиными глазками на клумбах вдруг стал невыносимо тесным. Словно кто-то схватил меня за горло и сжимал, пока я не начинала хватать ртом воздух...

Андрей бросил пустую чашку в раковину и вернулся в гостиную, оставив за собой шлейф раздражения. — У тебя же всё хорошо, чего тебе не хватает? — фраза прозвучала как удар хлыста, хоть и была произнесена почти равнодушно. Лена скомкала губку, вытерла руки о фартук и машинально вздохнула. За окном шумел город, воскресное утро наполнялось привычными звуками, а в душе снова скребли кошки — почему ей каждый раз кажется, что её чувства ничего не значат? Что она просит слишком многого, просто рассчитывая...