Судьбоносные сюжеты

Я должна выплеснуть эту историю, иначе я задохнусь от боли и стыда. Знаю, общество меня осудит, но поверь, жизнь наказала меня куда сильнее, чем любые слова. Да, я предала тебя, сестру мою, и заслужила все, что имею. Не думала я, что между нами проляжет такая пропасть. Соперничество было всегда, всего полтора года разницы… Но мамина любовь словно утекала к тебе, тебе доставались лучшие игрушки, сладости, обновки. Ты была "младшенькая", "нежная", "беззащитная". И ты выросла такой – робкой, сторонящейся мужчин...

Мне кажется, таких историй немало. Не всем суждено прожить жизнь с одним-единственным человеком, разве нет? Но моя трагедия не в этом, а в том, что я предала доверие тех, кто любил меня искренне, ради призрачной мечты. В юности у меня не было недостатка в поклонниках, но я грезила о "принце на белом коне". Так и не дождавшись его, я, в страхе остаться одинокой, вышла замуж за первого, кто предложил руку и сердце. Валера, мой муж, обожал меня, и я наивно полагала, что его любви хватит на нас двоих...

Игорь и Людмила казались идеальной парой. Двое прекрасных детей, общие мечты, планы, надежды… они почти построили дом – символ их счастливого будущего. Но внезапно в сердце Людмилы закралось беспокойство. Игорь становился все более отстраненным, раздражительным, словно чужим. Их жизнь разделилась на "до" и "после". Хозяйственный и энергичный Игорь вдруг стал совершенно беспомощным в строительстве. Он обрушивал на Людмилу обвинения, полные горечи и обиды. Работать вместе стало невыносимо. Он стремился к тотальному контролю, взрывался от любого возражения, постоянно менял решения...

Она передо мной – хрупкая, словно надломленный стебелек, с лицом, когда-то сиявшим красотой, тронутым рыжим пламенем волос, с яркими губами, которые больше не улыбаются… А на лбу – глубокая борозда, как шрам от боли, и скорбные линии у рта, свидетельствующие о пережитой трагедии, и глаза… потухшие, но хранящие отблеск отчаяния. Нет, такие глаза не могут принадлежать счастливой женщине. Наташа – пленница. Пленница домашнего ада. Он не бьет ее, не унижает словом… Он просто день за днем, капля за каплей, разрушает ее самооценку, заставляя ощущать себя ничтожеством...