Рецензии без фильтров

Начну с главного: пьеса Эдмона Ростана — не про любовь к Роксане. Она про любовь к правде. Сирано де Бержерак — поэт и вояка, но вояка в рыцарском, а не бандитском смысле. Он защищает свои принципы, своё право иметь взгляды и — что важнее — право их высказывать вслух. Защищает словом, рифмой, а если надо — шпагой...

Спектакль Никиты Васильева — редкий случай, когда режиссёру искренне интересно работать с формой. И это видно: чего здесь только нет! Стендап, музыкальные номера, моноспектакли внутри спектакля, камерные дуэты (например, зарисовки супружеской жизни), разное поведение актёров на сцене, разный ритм подачи информации...

Есть что-то магическое в том, когда средневековый сюжет встречается с электричеством гитар и кожей. Сейчас это можно увидеть на сцене театра на Васильевском острове — туда приехали гости из Выборга со своим прочтением шварцевской «Тени». И спектакль этот не просто классика, а настоящий рок-концерт, замаскированный под притчу...

Дата: 21 апреля 2026 года Локация: Санкт-Петербург, Севкабель Порт, ЦЕХ В рамках: Intervals Exhibition Пространство «Цеха» в Севкабель Порту в эти минуты превратилось в портал, соединяющий биологическое восприятие человека с чистой энергетической материей. Китайский медиахудожник и композитор Shihua...

Рецензия на спектакль «Мрамор» театра «Особняк», Санкт-Петербург Пьеса Иосифа Бродского «Мрамор» — вещь для театра почти запретная. В ней нет действия, зато есть диалог двух пожизненно заключённых, который длится два часа и касается природы свободы, времени и того, может ли человек мыслить «с точки зрения вечности», сидя в бетонном мешке...

Название: «Ночь нежна» (F. Scott Fitzgerald, Tender Is the Night) Театр: «Мастерская» (Санкт-Петербург) Режиссёр: Андрей Аладьин Премьера: 25 мая 2024

В марте 2026 года Белградский национальный театр предложил зрителям не просто хрестоматийную историю о Рыцаре печального образа, а удивительной глубины спектакль-исследование. Постановка берет зрителя не сюжетными перипетиями, а дерзкой попыткой визуализировать природу самого чувства. Здесь разворачивается яркое противостояние двух вариантов любви, двух миров, существующих параллельно...

Иногда самое простое и буквальное прочтение слова оказывается самым точным. «Постановка» — от слова «ставить». Не двигать, не жить, не действовать, а именно что ставить. Застывать. Эту семантическую эквилибристику как главный режиссерский принцип взял на вооружение постановщик одной из самых странных версий «Дяди Вани» Антона Чехова в Башкирском театре на сцене Александринки. Зритель, пришедший на живой, дышащий театр, становится свидетелем уникального явления: инсценировки-инсталляции, где актеры не играют, а существуют в качестве статистов в замкнутом пространстве режиссерского эго. Концепция спектакля с первых минут заявляет о себе как о произведении «в себе и для себя»...

Нечасто выпадает шанс увидеть классическую европейскую пьесу глазами режиссера из совершенно иной культурной традиции. Спектакль «Пер Гюнт» в постановке индийского театра — это не просто интерпретация, а радикальная переработка исходного материала Ибсена, настоящий авангардный эксперимент, который заставляет задуматься не столько о сюжете, сколько о фундаментальных различиях в нашем восприятии мира. Западный дуализм vs. индийская многогранность Самое захватывающее в этом спектакле — это намеренный сдвиг акцентов. Ибсен, скандинав, писал в западном мире, где есть четкие границы между добром и злом...

Был у меня роман с "Зойкиной квартирой"... Помню первое свидание – постановка Владимира Глазкова в стенах учебного театра. Тогда это было откровением: малоизвестный Булгаков, дышащая эпоха НЭПа и молодая труппа, чья игра била через край живой, брызжущей и заражающей энергией. Те самые артисты теперь – ядро Международного театра драмы и комедии, играют на сцене "Дома актёра" на Невском. И тот спектакль остался в памяти как яркая вспышка – открытие. И вот – неудачная попытка вроде бы опытного театра. Премьера "Зойкиной квартиры" в театре Комиссаржевской, режиссура Хуго Эрикссена... Контраст оказался настолько разительным, что по дороге домой хотелось громко возмущаться от досады...