Порочная династия

— Вы верите, что мать можно убить ради власти? Я не про мифы — про кровь, реальную, липкую, в складках тог. Про жену императора, что, играя в матрону, вела Рим за спиной мужчин, пока не родила себе палача. И вот лежит она, римлянка из рода Юлиев, при луне и чаек — мёртвая, как сказали бы поэты, «у лона морского». Но её история началась задолго до роковой ночи, когда парусное судно, будто проклятое, раскололось у берегов Кампании… Агриппина Младшая, дочь Германика, внучка императора Октавиана Августа и племянница Тиберия...

Два наместника летят со стены Града — Европа тонет в религиозной войне. Богемия, 23 мая 1618 г. — Скажете, камни? Или, быть может, ангелы их подхватили? — Камни? Тогда отчего же они выжили? Давайте отмотаем плёнку назад — к тем мрачным майским дням, когда в воздухе Праги стоял запах пороха, горячего воска и надломленного терпения. На первый взгляд, всё началось почти комично: ссора, громкие слова, дверь с треском открыта, трое мужчин — и одно-единственное окно, выходящее на ров, глубиной в двадцать метров...

— А вы верите, что можно сойти с ума от любви? Не от страсти на балу, не от ревности, а от такой любви, что превращает корону в саван, дворец — в мавзолей, а разум — в тронный зал для призраков. Вот такой была любовь Карлотты Бельгийской — дочери короля, императрицы Мексики, а в итоге — затворницы с иссохшим лицом и потухшими глазами, которая больше полувека бродила по замку Мирамар, прижимая к груди пепельницу мужа, словно урну с прахом. Из невест королевства в императрицы гибели Родилась Карлотта 7 июня 1840 года — и почти сразу поняла, что в этом мире любовь нужно заслужить...

Он был последним. Последним из дома, который гордо вёл свой род от пророка Мухаммеда и когда-то вошёл в Багдад на британских штыках. Его имя было Файсал ибн Гази ибн Фейсал аль-Хашими. А к утру 14 июля 1958 года от всей этой пышной родословной осталась лишь кровь на белом кафеле внутреннего дворика. Файсал родился 2 мая 1935 года в самом сердце иракской столицы. Его отец, король Гази I, был известен своим горячим нравом, любовью к быстрой езде, оружию и женщинам — увы, далеко не всегда благородного происхождения...

Когда на престол взошёл молодой Айсиньгёро Ичжу, третий сын императора Даогуана, в империи Цин уже чувствовалась едкая гниль — как в заплесневелом свитке, где слова ещё читаются, но ткань времени вот-вот рассыплется в прах. Поднебесная была велика, но вымотана: два десятилетия войн, притеснений, бедствий и — самое главное — опиумной зависимости, что ползла по жилам империи, как яд кобры. Ичжу стал императором в 1850 году под именем Сяньфэн, что означало «Процветающее величие». Ирония судьбы — величие оказалось дымом...