Поэзия Сатира

Монолог Сатира - 7 / Страх / В тишине, где слова — лишь эхо пустых пространств, Где сомнения вьются, дымом усопших костров, Ты стоишь на пороге неведомых постоянств, И страх — твой единственный страж у закрытых ворот. Болтовнёй не решишь. Не рассеешь туман рассуждений. Не вылепишь истину из пластилиновых оправданий. Твой шаг — удар молота в глубь затвердевших сомнений, И действие — ключ к дверям, что молчат в ожиданьях. В свой страх надо заходить — не прячась в занавесках умозаключений, Не ждать, пока время сотрёт этот образ в мучительных снах. И внутри, в своём страхе — не бездна, не хаос глубоких падений, А зеркало, где ты увидишь гримасы себя без прикрас. Знай: черти и бесы — стоят у подножия страха, Там не горит, не мерцает лучезарный дисплей. Он в любви — неподдельный, огненный Яхонт, Свет который не меркнет сквозь тьму неизведанных дней. Будет трудно. И будет дышать тяжело, словно в гору. И сердце замрёт, и колени предательски задрожат. Но именно в этом мгновении ты нащупаешь под ногами опору, Именно здесь ты поймёшь, кто ты есть без преград. Не бойся. Не отступай. Не ищи оправданий в тумане. Страх — лишь порог, а за ним — твой подлинный путь. И когда ты пройдёшь, оставив его за плечами, Ты увидишь: мир не менялся — ты сам стал иным на чуть‑чуть. Январь 2026г.

Слово пацана (верлибр) Эхо в подъезде. Старые долги налипли на стены кляксами клятв, втëртых в кирпич. Здесь не играли — здесь держали строй. Слово пацана было приговором. Юные мужчины не шутили. Годы разлетаются осколками: утро, ночь, недели — цели , не гаснут в груди. Свистни — и они тут. Друзей не бросают. Дело. Кровь. Слово: три удара сердца. Жизнь развела? Ладно. Я бывалый. Дружба — не пыль, не сдуешь, не стряхнёшь — она в костях. Даже когда идёшь один в реальный бой, в сердце горит слово пацана — нетленный факел. За лентой, за постами, за чертой дворов я помню их: тех, кто не слился, кто не предал, кто стоял до последнего вдоха за брата — в огонь, за правду — в небо. Так было. Так есть. Так будет — пока совесть пацановская живёт в нас. Мы не эхо. Не прах. Мы — сто из ста. Мы — те, кто дал слово и не забрал назад. 30.11.2025 г. Пс. Верлибр — это форма поэзии, в которой отсутствуют рифма, строгий размер и фиксированное количество слогов, но сохраняется деление текста на строки.

Снег. Снег — выключенный звук дождя, выброшенный из окон облаков. Город сворачивается в клубок и прячется под капюшон январского льда. В Гороховце тихо… Вечер, купола, тени. Ветер скулит забытым псалмом. Древние камни хранят откровенья, шепчет зима под замёрзшим кустом . На святки месяц играется в регби — гонит тучу, мячом по дворам. То всплывает ликом австралопитека и входит через форточку тайно в дома. Чур меня — шепчет снег под ногою, дворник — пророк с метелью в руке. Разметает судьбы седою метлою и уносит с собою в дырявом мешке. 10.02.26г.

Голос поэта города. Тень на фасаде, тень на асфальте, Ритм перекрёстков, шёпот в метро. В кармане — билеты, маршруты‑репосты, В наушниках — хит? Нет, что‑то своё. Подъезды закрыты цифровыми ключами, Там стёкла в разводах, стены в стихах. Пороги избитые сапогами, Перила на лестнице — в шрамах и швах. Я слышу дыхание города в трубах Трамваем скрипит старенький лифт. Здесь всё — на износ, здесь все целят в зубы, Но именно тут — мой единственный риф. Я не герой, не спаситель кварталов, Я просто прохожий, что ловит момент. Мой стих — не молитва, не поиск скандалов, Я "звёздам" города не конкурент. Я здесь не на долго, я тот, кто шёл мимо Где свет — лишь на миг, а тени — навек, Я ставлю свой след, я шепчу своё имя, Я в титры города вписал свой хештег. И ветер унёс позëмкой холодной Мой голос , что бьётся в бетонных стенах. И если ты слышишь, мой голос сегодня, Значит и завтра услышишь меня. 07.12.2025г.

Сосед Мой сосед, не легенда, не брат, не побратим. С ним не поднять бокал за праздник, не толкнуть разговор за интим. Он — мимо. Всегда мимо. В башке — лабиринты, в кармане — билет лотерейный. Не курит. Не пьёт. Ест вполсилы спит вполглаза. Носит бейджик от вирусного сглаза. Телевизор орёт — но он не слышит. Или слышит, но не то, что все. Пишет что‑то. Буквы вразброс. Абсурд чистый. Исповедь. Эссе. А потом — звонок. «Как дела?» «Всё аллюр?» И вдруг — в душе тепло. Настоящее без «фактур». Мой сосед чудак, странник, повседневный Христос. Не творит чудес. Не зовёт на небо. Не машет Библией над головой. Не бормочет мантры под нос. Но в этом «Как дела?» — целая проповедь. Тихая ясная. До боли родная. Хорошо, что он просто есть. Между первым и третьим проживая. 23.12.2025 г.