Восторг и Эпик

В небольшом городе жила девочка по имени Анна. Каждый день по дороге в школу она проходила мимо старого дерева в городском парке. Весной оно покрывалось свежими зелёными листьями, летом дарило прохладу прохожим, а осенью украшало аллеи золотой листвой. Однажды Анна заметила, что дерево выглядит нездоровым. Его листья начали желтеть, а ветви поникли. Девочка внимательно осмотрела землю вокруг и увидела, что она совсем пересохла. На следующий день Анна принесла бутылку воды и полила дерево. Она стала делать это каждый день. Через некоторое время её друг Томас заметил её заботу и решил помочь. Вскоре к ним присоединились и другие ребята...

После университета пути старых друзей разошлись. У каждого появилась работа, семья, заботы. Казалось, что времени на дружбу почти не осталось. Алексей и Марат не виделись несколько лет, но однажды случайно встретились в городе. Они решили выпить кофе и поговорить. За несколько часов они вспомнили прошлое, поделились своими успехами и трудностями. С тех пор друзья стали встречаться хотя бы раз в месяц. Они поняли, что настоящая дружба не зависит от возраста и расстояния. В зрелые годы...

Станислав Микульский (1929–2014) — известный польский актёр театра и кино, особенно популярный в странах Восточной Европы и СССР благодаря роли разведчика Ганса Клосса в культовом телесериале Ставка больше, чем жизнь. Он родился 1 мая 1929 года в Лодзь, сниматься начал с начала 1950-х годов. Одной из первых крупных работ стал фильм Канал режиссёра Анджей Вайда. Наибольшую известность Микульскому принесла роль Станислава Колицкого — польского разведчика, действующего под именем Ганс Клосс в нацистской Германии. Сериал стал чрезвычайно популярным в Польше и Советском Союзе. Также он снимался...

Отец всю жизнь работал на износ. Не ради себя — ради детей. Он вставал затемно, возвращался поздно, часто молча снимал поношенную куртку и ставил у двери старые ботинки, в которых прошёл десятки тысяч километров по стройкам, складам, подработкам. Денег всегда хватало впритык: на еду, на одежду, на учебники. На жильё — нет. Они жили сначала в съёмной комнате, потом в тесной квартире с чужими людьми за тонкой стенкой, слыша чужие ссоры и шаги. Дети росли и не всегда понимали его. Иногда им казалось, что он мог бы «лучше устроиться», «больше зарабатывать», «дать им нормальный дом». Эти слова он слышал случайно — не в упрёк, а как детскую усталую правду, от которой становилось тяжело внутри...