Геннадий Колодкин

Зарисовка с натуры ОТ ВРАЧА Кабинет целителя. На двери: «Суггестолог Адриан Козлюк. ПРОСЬБА НЕ ШУМЕТЬ!» За чуть приоткрытой дверью слышится прерывистое сопение, напоминающее насос, которым торопливо качают шину. В небольшом коридорчике сидят пациенты: «…я от врача. Ничо не помогает мне. Беспокоит: сказали, острый хондроз. К невропатологу обращалась: он сказал, у вас защемленный нерв. Ну лечить то надо: назначили электромассаж. А он мне ничо не помогает. И я решила обратиться сюда. Уже готова голодной остаться, лишь бы помогло...

ВАЛЕНТИН КTЕШ 1993 год ЧАСТЬ ПЕРВАЯ 1. Я человек. Я родился и жил среди Вас, на Земле, в Ваших условиях. Я воспитывался с Вами, по книгам Вашим и делам Вашим. И познал я от Вас, что Земля круглая, Вселенная беспредельна. И что мы, Земляне, во Вселенной одни-одинешеньки. И, о горе нам, произошли мы от обезьяны, и живем по законам волчьей стаи: выживает сильнейший, побеждает сильнейший, руководит сильнейший, и лучший кусок пожирает сильнейший. А то, что говорит религия, не слышим мы. Спрятали от нас закон Божий...

11.09.24. День трудный: автобус, алкоголь, сборка байды, гребля, пляж, вечер, костер, жизнь удалась. И вот мы в палатке. Попытка писать дневник. При свете налобного фонаря летают перед мордой противные мошки. Мерзость – я про этих противных мошек. Никакой культурной жизни – сплошное туристическое выживание в дикой природе. Но ощущение счастья есть. Это не то, что в городе. Город стал для горожанина токсичной средой обитания. Самокаты, автомобили, малолетние дебилы на самокатах и прочее. Город стал токсичной средой для современного обывателя...

Эволюционируем! Эволюционируем! Черт нас всех подери. Отрадно. На работе порой лежишь: с боку на бок героическую эпоху перевернешь. Вот было время! Вот было слово! Даешь! Даешь! – кричали все. Приятное время. С дивана до потолка цехового, согласен, доплюнуть трудно – но, как учили учителя, для нас ничего невозможного нет . Учителя учили – а тем временем заворожительное ДАЕШЬ сменило свою интонацию, заворожилось и изворожилось в ДАЙ. Дай зарплату! Дай квартиру! Дачу дай! – необходимый и достаточный запас русских слов...

Вряд ли бывает погода хуже, чем дождливая с ветром, да еще в марте. Порывистого ветра сырость, пронизывая загнанное в платья существо, рвет из ваших озябших рук беспомощно-глупый зонт, а мелкие, дерзкие капли дождя, точно над вами в насмешку, устраиваются па стекляшках очков, пробравшись сквозь пальцы руки, козырьком заслоняющей ваше лицо от тоскливой природной хандры. Вряд ли бывает погода хуже, чем дождливая с ветром, да еще в марте. И только одно на уме – поскорее добраться домой, сбросить раскисшую...

Да оттого, что открывает она свой паршивый буфет позже положенного! И оттого, что в буфете паршивом вечно жрать нечего! Оттого, что котлеты холодные! А вилки обгрызены! И ничего в ее адрес обидного сказать нельзя! Черт с ней! Что мне – думать не о чем. Морда тупая... У, рожа! Оттого и котлеты холодные! Вот взять и сказать: А почему у вас котлеты холодные? И почему открываете позже положенного? Почему жрать нечего! Я не стану молчать...

Я возвращаюсь мысленно эдак лет на десять с лишним назад. Ушедшая эпоха! Мы жили с вами когда-то в ней. Кто как умел, кто как мог. Из вариантов выбора был там один на всех – верный путь и прямо в Светлое Завтра. Завтра, понимали все и каждый, не сбудется. А вот что касается выбора... Мы пили еще ржавую воду из общей лужи, вдыхали дружно болотный воздух отчизны – но примечательно, что уже тогда скопившаяся в сообществе тина порождала чарующие ростки Нового. Все новое, что показали события последних лет, как теперь выясняется, по малым крупицам собиралось в то ушедшее, ржаво-кислое времечко...

Нам теперь совершенно ясно, что именно на шестой день творений Бог все зверье и создал. И стало так. И увидел Бог, что это хорошо. Так, по крайней мере, очевидцы рассказывают. – Хорошо-то хорошо, – сказали новоявленные, – а хряпать чем, а? Зубы, зубы, начальник, давай! И стал Бог чадам зубы распределять. По зубу на рыло – мало. Каждой твари по паре – недовольных только прибавилось. И наделил тогда Бог их всех способностью самостоятельно ДОСТАВАТЬ. И начали они, кто во что горазд и кто на какую пакость способен ПРИСПОСАБЛИВАТЬСЯ...

(Эссе) Прошедшей ночью приснился сон. Будто я прикоснулся к зубу – и зуб легко и без боли выпал. Затем стали разрушаться и все остальные зубы; они покрылись, как стекло, трещинами и просто рассыпались; остались острые треугольнички оснований. Я ощутил суховатый привкус песка во рту, почувствовал как изменился прикус. Не было ни крови, ни страха. Но присутствовало огорчение. К чему бы? Сонник подсказал, что мой сон к болезни. Замер артериального давления показал малую разницу между порогами верхним и нижним...

( Абстрактно - литературная композиция ) Жила - была Лошадь. И каждое утро она ходила на работу и до самого вечера была занята исключительно лошадиной работой.  Но потом она научилась летать. Но так как она работала на исключительно лошадиной работе, то наступило в мире Несоответствие. Летающая Лошадь первой увидела это Несоответствие и незамедлительно известила про то мир. Собрались лошади и бабочки. И выслушали. И все собравшиеся не нашли никакого нарушения. Зато они еще раз подтвердили, что лошади должны заниматься исключительно  лошадиной работой...

Едут в трамвае два русских и одна женщина. А с ними собака неопределенной породы по кличке Спонсель. Они обилетились и теперь едут. И собака. Одного звать Серж, другой весь из себя такой – припухлый. И причем каждый из них в отдельности – прилично пьян. Входит на остановке еще один : мож негр, но скорее русский. Он на заводе, похоже, работает и, видимо, железо кует. И фамилия у него чисто русская – Дураков. Причем у них на заводе – очень похоже – сегодня аванс. Проходит время. Тогда вошедший и говорит...

(Аллегория ) В моем Городе кривые дома. К вечеру они - глупые. Ночью - грустные. В моем Городе не встретишь людей: смотришь на людей сквозь мутные окна - а видишь тени. Куда подевались люди, спросите вы? Они растворились в кривых кварталах. А в квартале дворников работают дворники. Утром и вечером они метут с тротуаров пыль. Они метут сухими метлами и поднимают пыль с тротуаров. Пыль садится на их потные лица и волосы. А когда дворники идут отдыхать, пыль ложится снова на тротуары. И потому у дворников много работы и мало радости...