Алексей Михайлов | Рассказы |

Виктория сидела с поникшей головой в узком проходе квартиры гадалки. Ей было немного не по себе, ведь она, являясь преуспевающей интеллигентной девушкой, пришла к ведунье. Но что поделать? Личная жизнь совсем не ладится, а ей исполнилось целых двадцать семь лет. Дверь приоткрылась, и из комнаты выглянула женщина средних лет с загадочной улыбкой на лице. Она кивнула Вике, как бы приглашая войти. Виктория вошла внутрь комнаты, где стояла современная мебель и дорогая техника, и видно был сделан совсем свежий ремонт...

Лиза вошла в полупустой зал суда. Ей было всё равно, был бы он заполнен до отказа или в нём стояла гробовая тишина. Она пришла сюда, чтобы бороться за самое дорогое, что у нее было — за своих детей. В голове звучали слова, которые она повторяла себе снова и снова: «Я исправилась. Я найду работу. У детей кроме меня никого нет». Когда судья попросил ее выступить, Лиза встала и начала говорить. Она рассказала о том, как изменилась за последние месяцы. Как нашла в себе силы отказаться от старых привычек и взяться за новую жизнь ради Миши и Кати...

Лиза сидела на скрипучем стуле в прокуренной комнате, пытаясь сосредоточиться на утреннем свете, который пробивался сквозь грязное окно. Накануне она вернулась домой поздно, шатаясь от алкоголя и веселья. Её голова гудела от вчерашнего праздника жизни, но мысли всё равно возвращались к детям — Мише и Кате. Эти двое всегда казались ей чем-то далёким и чуждым. — Лиза, ты опять всю ночь где-то пропадала? — с укором спросила Глафира Ивановна, входя в комнату. Она опиралась на трость, её лицо было измученным...

Декабрь. На улице -40. Удивляться нечему, в Сибири редко бывает теплее в это время года. По пустынной дороге едет сельский автобус. На удивление, автобус полон пассажиров, кто-то едет с рынка, кто-то просто ездил в город за покупками. В этом же автобусе едет Артём, десятиклассник, который любит по выходным навещать свою бабушку в деревне. Каждую пятницу он садился на вечерний рейс и ехал за сорок километров в посёлок. Днём парень проводил время с бабушкой, а вечером ходил в гости к дяде. У него часто проходили посиделки, собирались все друзья...

В одной из комнат большого дома прабабушки, в самом высоком месте шкафа, восседала старинная кукла в бордовом платье. Говорили, что эта вещь создана задолго до рождения прабабушки и является семейной реликвией. Алина на всю жизнь запомнила, что ей никогда не разрешали трогать эту куклу. Когда Алина появилась на свет, прабабушка была уже очень старенькой, редко вставала с постели и плохо передвигалась самостоятельно. Забота о пожилой женщине легла на плечи Маши, мамы Алины. Тогда Мария приняла решение, для удобства Галины Ерофеевны, переехать в её дом...

Алёна занималась глажкой белья и для свежего воздуха открыла окно. Но разговор мужа с родителями заставил её прислушаться, хотя она и не собиралась подслушивать. Обсуждали они Алёну.  — Бедный мой сыночек. Как же трудно тебе приходится с ней жить. Может, пора собираться и ехать домой? — говорила мама. — Без меня она точно расслабится и пойдёт налево. Наверное, любовники у неё и так бегают днём, пока я на работе, — отвечал муж. — У папы завтра выходной, он может присмотреть за дедушкой и сразу же позвонит тебе, если что-то заметит...

Родной город встретил Леру метелью из тополиного пуха. Она глубоко вдохнула свежий воздух. После суеты и шума Москвы, где она была на похоронах отца, воздух казался ей чище и легче. В доме царила тишина и спокойствие, витал аромат пирогов — «Свекровь постаралась, золотая женщина»—  подумала Лера. Девушка не могла, почему семья ее не встречает. Муж спал на диване, единственное, что оставалось неизменным. Лера задумалась: «А где же близнецы?» — и позвонила дочери. — Мамочка! Ты уже приехала? Как поездка? Мы у бабулечки...

Когда тьма начала постепенно отступать, и Милена осознала необходимость перемен, в ней возникло совершенно новое ощущение – возможность. Она поняла, что может оставить позади боль, которая так долго сжимала её сердце в своей железной хватке. Даже сам факт, что она ещё жива, внушал надежду. В момент, когда страх и отчаяние стали тяготить её, в сознании зазвучала мысль: а что если впереди есть свет? Каждое утро она просыпалась с мрачными мыслями о том, как одинок и пуст её дом. Но настало время, когда эти мысли начали превращаться в стремление...

— Саша, ты здесь? Голос соседки вырвал женщину из приятных мечтаний. Саша мечтала, как встретит супруга после долгой разлуки: усадит за стол, нальёт чарку после бани... Но вот уже третий год она одна. Так истосковалась! И всё из-за этой проклятой войны! От Арсения ещё поздней осенью приходило письмо, что его отпустят на побывку ненадолго. Скорей бы уж, время то сколько прошло, скоро уже и огород собирать, а от мужа и весточки нет. Раскрасневшись от неприличных мыслей, Саша выдохнула, собралась с мыслями и вышла на улицу...

Для Милены смерть мужа стала ничем иным, как настоящей катастрофой. В её мире, где всё было наполнено его присутствием, теперь царила пустота. Каждый уголок квартиры напоминал о нём: о его улыбке, о том, как он шутил, и как он крепко обнимал её, когда небо затягивалось тучами. Теперь же, вместо этого тепла, Милена ощущала лишь тоску. Ей казалось, словно сама жизнь отвернулась от неё, оставив в одиночестве. Первый период жизни без мужа был самым сложным для девушки. Отчаяние. Бессонные ночи. Она ненавидела собственные мысли, которые крутились вокруг ярких воспоминаний...