Послезавтра. Может быть

Да, встреча Нового года закончилась получением в руки такой бомбы, что не знаешь, куда бежать. Парни мои сникли, Слава трет глаза пальцами. Все, умирают, спать хотят. Да и Максимыч, так лихо облегчивший душу, уже укладывался спать. На часах 5.15 1 го января 2000 года. Уже пять с небольшим часов с новым президентом страны. Чудны твои дела, господне. А если бы прежний еще на пару лет задержался бы? Максимыч так и молчал бы?. Глаза слипались, одолела зевота. Но мысли крутились такие, что не уснуть. Сашка тоже засобирался, при этом несколько раз глянул на меня...

Максимыч долго пил чай, разглядывал свои пальцы и пытался откусить заусенец. Он молчал, и все остальные тоже хранили молчание. То, что он рассказал, было за гранью понимания даже сейчас, не говоря уже о том, что произошло пятьдесят лет назад. Славка не вытерпел и спросил: — А дальше? Максимыч продолжил: — Дальше я взял альпинистское снаряжение — у нас было два комплекта. Забил костыль на плато. Спускаться на верёвке опасно: перетрётся, и можно улететь вниз, прямо в отвал. Никто никогда не найдёт...

Максимыч долго молчал, потягивая чай. Потом заговорил, не глядя в глаза, сжимая и разжимая свои узловатые пальцы, покрытые шрамами, с тёмными ободками под ногтями. Я рассказываю от его лица: «По распределению я попал не сюда, а в Златоуст. Обещали дать жильё, но не дали, и меня отпустили на вольные хлеба. Мне было всего 24. После школы я мечтал поступить в геологический. Отца не было, он ушёл, когда мне было пять лет. Мать тянула меня как могла. На геологию без конкурса было легко поступить, вот я и пошёл...

Начало чего-то нового всегда драматично или забавно. Когда адаптация заканчивается, вчерашние яркие события становятся обыденными. Бывают дни, когда ничего не происходит. После аварии и обвала на руднике всё стабилизировалось: заменили подшипники и пружины, пошла порода. Работа оборудования стала привычным фоном. Однажды Олег пригласил меня послушать, как скрипит подшипник на транспортере. Он молодец, услышал, но подшипник мог развалиться. С Олегом и наладчиками у нас сложились хорошие отношения...

Время летит, когда всё получается. Вроде только что получил от шефа одобрение журналов по техобслуживанию и сел за работу. А уже Сергей Владимирович постучал ручкой по столу: «Олег, Вадим, всё быстро, заканчивайте. Много сегодня сделали, пора домой». Я посмотрел в окно: в цеху уже никого не было, только Олег Дементьев, с которым я начинал, положил на стол свои документы, потянулся и зевнул: «Вадим, по домам». — Серёга, это ты меня на зевоту подбиваешь! — Не я, а давление падает перед осадками. — Опять? — Нет, снова...