Yev Bebe

— Спать умеете? — спросил мистер Квилл. Лестер Пим подумал. Вопрос был с подвохом. Полгода назад весь его страховой отдел заменили одной нейросетью, и с тех пор спать он умел только днём и только перед телевизором. — Умею, — сказал он. — Прекрасно. — Мистер Квилл сделал пометку. Он был безупречно вежлив и ни разу не моргнул. На бейдже у него значилось: «Совесть по найму. Отдел кадров». — Сорок долларов в час, медицинская страховка, ночная смена. — А что нужно делать? — Спать. — И всё? — И чувствовать, — сказал мистер Квилл...

Бар «Леонард» открылся в пятницу, и первой туда пришла команда платёжного сервиса во главе с Роджером Хаммелом. Был хэппи-ауэр, корпоративная карта и настроение отметить квартал. Систему расчётов в баре навайбкодил за выходные племянник владельца. Он попросил агента «сделать, чтобы счёт считался правильно при любом количестве заказов», агент подумал и написал очень элегантный код. Тесты прошли. Племянник поставил «LGTM» и уехал на рыбалку. Около восьми Роджер поднял кружку и крикнул бармену: — Всем по одной! Потом всем по две! Потом по три! И так до бесконечности! Это была шутка...

В рождественские дни 1938 года в шведском городке Кунгэльв шёл снег. По лесной дороге шли двое: шестидесятилетняя женщина в тёмном пальто и её племянник на лыжах. Женщину звали Лиза Мейтнер. Полгода назад она бежала из Германии с двумя чемоданами и десятью марками в кошельке, потому что по новым законам была еврейкой и больше не могла работать физиком. В кармане у неё лежало письмо от Отто Хана, с которым она тридцать лет проработала в одной лаборатории в Берлине. Хан облучал уран нейтронами и нашёл среди продуктов барий...

Сорок лет над доской в кабинете физики средней школы городка Брэдфорд, штат Вермонт, висела табличка. Её написал от руки сам учитель, Уолтер Хейл, в 1979 году, и с тех пор она пожелтела, но не упала: «Две вещи наполняют душу всегда новым и всё более сильным удивлением и благоговением: звёздное небо надо мной и нравственный закон во мне. — И. Кант». Ученики считали, что это про астрономию, потому что по пятницам Уолтер вывозил их за город и показывал в старый телескоп кольца Сатурна. Про вторую половину никто не спрашивал...

В 1957 году английский лингвист Джон Фёрс сказал фразу, которая потом перевернула всю науку о языке: «Слово узнаётся по компании, которую оно водит». Он имел в виду, что значение слова — не в словаре, а в том, какие слова стоят рядом с ним. Через шестьдесят лет компьютеры поняли это буквально. Каждое слово они превратили в точку в пространстве, но не в обычном, трёхмерном, а в пространстве на сотни измерений. У этих измерений нет названий. Ни одно из них не означает «размер», «цвет» или «доброту»...