Эмилия Зоринова /Мысли вслух. В прозе и в стихах🤓

Мне почему-то нравится гроза. Я жду её. Весна пришла. Раскаты, молнии и грозовые облака. В них сила есть, есть красота.

Сегодня утро началось с того, что муж проснулся и сказал : « Мамуля, с 1 мая!». Я ответила : « И тебя, папуль». И мы стали вспоминать, как во времена советского детства отмечали этот день. Тогда это был Международный День Солидарности Трудящихся...

Сейчас я размышляю об отзыве моего читателя и о своей книге Ну как не думать о своём « детище». Книга же она– как ребёнок, рождённый и выпестованный. А если о ней говорит какой то круг людей и пишут отзывы, то это греет душу...

А есть на нашей улице фонарь. Он памятник как будто бы упадка. Он «умер», он не светит уж давно. Никто не разбирался в его неполадках.

О травме сестры Тамара узнала из телефонного звонка Марины Феоктистовны. — Ты знаешь, что Ира в больнице? На скорой увезли. Голос мамы был крайне взволнованным. Сердце Томы резко стукнуло и замерло на мгновение и застучало быстро-быстро...

Томочка в детстве и юности отличалась от многих своих сверстников. Внешне была мельче всех своих ровесников. Слишком худенькая, с глазами слишком большими для её бледного личика, слишком мечтательной. Она любила читать книги больше всех остальных занятий на свете...

Амазонка; весна; ручьи; кобениться; сеновал; шкандыбать; Василий; порт; алые паруса; подфартило; сиреневый; мозоль; подвязка. Ну и что же у меня получилось? *** Весной не просто всё.

Включу передатчик на полную, Слова понесутся по ветру. Создам свою веру любви, Поверят и станут адептами.

А я скучаю по бумажным письмам По открыткам. В них есть особое тепло. Те марки, что лепили на конверты.

В мясные клетки запертые души Стремятся ввысь, чтобы познать, Что скрыто. От перегрузок на земле закладывает уши, И всё божественное стало вдруг забыто. Закидываем в тела рот мы мёд и дёготь,

Отец Тамары — Михаил Александрович — всегда был очень «тяжёлым» человеком. Жестокий нрав и непоколебимость в своих словах и решениях делали его не то что неуправляемым, но очень опасным. Ещё на службе подчинённые и заключённые прозвали Михаила «за глаза» Гитлером...

Забывают ли люди о своих худших страхах спустя годы? Как бы этого ни хотелось, не забывают. Прошлое остаётся с ними навсегда. В большинстве своём как трагический жизненный опыт, багаж. Кто скажет вам, что всё забыл и начал жизнь без памяти прошлого, — это неправда...