Жизненный катарсис

Я думала что поступаю мудро. Дача у меня простая — шесть соток в Подмосковье, старый домик который муж построил ещё в восьмидесятых, своими руками, по выходным, за три лета. Никакого особого богатства — но земля в том районе сейчас стоит прилично, я понимаю это. Сыновей у меня двое — Михаил и Сергей. Михаилу пятьдесят два, Сергею сорок восемь. Они не дружат — это я должна признать честно, хотя мне больно это говорить. Не дружат уже лет двадцать, с тех пор как поделили отцовскую мастерскую после смерти мужа и не сошлись в оценках чья доля больше...

Пять лет я не чувствовала ничего, кроме пустоты. Виктор умер от рака поджелудочной — за восемь месяцев сгорел человек, с которым я прожила много лет, человек который был моим домом, моей опорой, единственным мужчиной которого я знала после двадцати семи лет. Я хоронила его в пятьдесят четыре, а после — просто существовала. Работа, дом, дочь Катя с её семьёй, внуки по выходным. Жизнь шла как будто без меня, мимо меня. Я не искала ничего. Даже мысли такой не было. А потом, на дне рождения подруги, познакомилась с Андреем...

Я готовлю по выходным с тех пор как вышла на пенсию — три года уже. Раньше работала на швейной фабрике, начальник цеха, тридцать пять лет стажа. Когда вышла — первое время не знала чем заняться, дни казались пустыми. Готовка стала моим способом наполнить выходные смыслом — да и сын с невесткой жили недалеко, в десяти минутах на машине, приезжали часто с внуком Тёмой, ему сейчас шесть. Каждую субботу я начинала готовить с утра — пироги, домашние пельмени, иногда холодец, иногда жаркое. Не потому что кто-то просил — мне нравилось...

Подруга Оля позвонила за день до свидания. — Слушай, я вспомнила кое-что про Дмитрия. — Голос у неё был такой, как бывает когда человек не уверен говорить или нет, но решил говорить. — Ленка с ним встречалась год назад. Один раз. Говорит, в конце ужина он «забыл кошелёк». Она заплатила. Он обещал перевести. Не перевёл. — Понятно, — сказала я. — Может, случайность. — Может. — Но ты знай. — Буду знать. Спасибо, Оль. Я положила трубку и немного подумала. Потом написала Дмитрию подтверждение: да, завтра в восемь, жду...

Всё началось с курицы. Я готовлю по воскресеньям — это моя традиция и мой способ не тратить деньги на невкусный бизнес-ланч в соседней кафешке. Курица с овощами, рис, иногда суп. Раскладываю по контейнерам, подписываю маркером: «Маша», и в понедельник утром ставлю в офисный холодильник. В первый раз контейнер просто исчез. Я решила — может, выбросили случайно. Бывает, кухонная тётя Люба иногда наводит порядок. Во второй раз я спросила в офисном чате: «Кто-нибудь случайно взял мой контейнер, синий с крышкой, подписанный? Там была курица с рисом»...

Про Виталия Семёновича меня предупреждал Саша. Заранее, за неделю до свадьбы, в той интонации когда человек хочет подготовить, но сам не уверен что подготовка поможет. — Он такой... со своим мнением, — сказал Саша. — Не обращай внимания. — Насколько со своим? — Ну. Приедет с Ириной — это четвёртая жена. Может что-нибудь сказать. Он всегда что-нибудь говорит. — Что-нибудь — это что? Саша помялся. — В прошлый раз на свадьбе двоюродного брата он сказал тост про то что «нынешние девушки не умеют готовить и поэтому браки распадаются»...

Поезд Москва — Самара, плацкарт, боковое купе. Я купила билет за три недели — нижняя боковая, место 34. Специально нижняя: еду на праздники, сумка тяжёлая, хочу нормально поесть за столиком, а не балансировать на второй полке с контейнером на коленях. До отправления пятнадцать минут. Я зашла в вагон, закинула большую сумку на верхнюю полку, поставила рюкзак вниз. Пошла в туалет — минут пять, не больше. Вернулась. На моей полке сидела женщина лет шестидесяти с вязанием. Обустроилась капитально: подушка из дому, тапочки на ногах, вязание на коленях...

Андрей был хорошим на бумаге. Тридцать шесть лет, руководитель отдела в строительной компании, разведён два года, без детей. Фотографии — нормальные, живые, не студийные. В переписке остроумный, не пошлый, умеет слушать — это чувствуется даже в тексте. Мы договорились встретиться в итальянском ресторане на Покровке. Я приехала вовремя, он уже сидел — встал когда увидел меня, это хороший знак. Улыбнулся нормально, без голливудского усилия. Первые двадцать минут — правда хорошо. Он интересно рассказывал про работу, спрашивал про мою, не смотрел в телефон...

Началось всё с посылки. Пять лет назад я ушла с работы — инсульт, лёгкий, но врачи сказали категорически: нагрузки и стресс убирать, восстановление займёт время. Мне было сорок семь. Я работала бухгалтером в строительной фирме — нервная работа, постоянные авралы, отчётность. После больницы взяла больничный, потом — инвалидность временную, потом восстановилась, но на ту работу уже не вернулась. Решила — найду что-то полегче, попозже. В тот год я была дома почти постоянно — реабилитация, прогулки по предписанию врача, тихая жизнь...

Дмитрий Сергеевич — новый директор по производству — пришёл к нам в марте. Тридцать четыре года, MBA, опыт в крупной федеральной компании. На первом общем собрании говорил уверенно — про "цифровую трансформацию", "оптимизацию процессов", "пересмотр кадровой структуры под новые задачи". Зал слушал молча — все понимали, что после таких слов обычно следуют сокращения. Меня он вызвал на третьей неделе. Я работаю на заводе двадцать лет — пришёл молодым инженером-технологом, сейчас — главный технолог по...

Контракт подписали в четверг. Это была не просто удача — это было то, ради чего Серёжа работал много лет. Маленькая компания по производству упаковки для пищевой промышленности, которую он начинал в гараже у тёщи, наконец получила контракт с крупной федеральной сетью. Не разовый заказ — постоянные поставки, на годы вперёд. Мы отпраздновали скромно — поужинали вдвоём в ресторане, выпили шампанского. Серёжа за столом сказал — «Наташ, кажется, у нас получилось». У него были слёзы на глазах, и я его...

Праздник был — мой день рождения. Шестьдесят пять. Собрались все — Лена с мужем и детьми, Андрей с Катей, даже Юрка из Воронежа приехал, давно не виделись. Стол накрыли богато, я готовила два дня, как всегда. Все хвалили — «мам, как вкусно», «бабуль, твои пироги лучшие». После обеда я вышла на улицу — за дровами для бани, хотела затопить к вечеру, баня у меня старая, дровяная, я люблю сама топить, это моё. Дровник у меня за домом, рядом с открытым окном кухни. Я набирала дрова в охапку и услышала через окно — голоса Лены и Андрея, тихие, видно, думали что одни на кухне...