Кочевник

Жил был Женя. И так уж случилось, что в детстве его пацаны кликали Енька. - Енька! Выходи! - кричали они, собравшись у дома Женькиной пятиэтажки. И отнюдь не потому, что Женька был дворовым всеобщим любимчиком, скорее его чурались, поскольку в обычной жизни он был крайне замкнут, угловат, толстоват, нелеп, а вот вратарем на воротах был прекрасным. Куда только что девалось. И хоть некоторые язвили, что он потому хороший вратарь, что занимает половину ворот. Но это было неправда. Толстое округлое тельце оказывалось именно там - куда летел мяч, и выигрывала именно та команда, за которую Енька соглашался быть вратарем...

По широкому беломраморному коридору, выходящему из зала заседаний на примыкающую кухню, сновал народ. В основном это были кухрабочие, доставщики фруктов и овощей, официанты, мелкие порученцы самих сенаторов и прочий обслуживающий персонал. Заседание закончилось, и сейчас шла подготовка к трапезе. Коридор был достаточно длинным, чтобы запахи кухни не тревожили заседающих. И хоть это было не принято, но сенатор Тарквиний, покинул зал заседаний именно через него. И на то был ряд причин. Причина была и на то, что он шел непривычно медленно, чтобы его уход не выглядел бегством. Стиснув зубы, сенатор...

-Витя! Яичница стынет! Иди завтракать! - раздалось из кухни. -Угу, - как филин отозвался на призыв супруги Витя. Торопясь ответить на открытки и картинки, присланные вчера в одноклассниках. Привычка у него была такая. Вроде и не общался толком с одноклассниками, уже давно все выяснили - у кого как жизнь сложилась. Да и сам сайт ему не был интересен, а вот не ответить, если ему писали - считал просто не приличным. Наспех отвечал, а сам судорожно пытаясь сформулировать одним предложением, появившуюся во сне мысль. Такую четкую и ясную во сне, но норовящую выскользнуть рыбкой из рук. У него всегда так было после общения с природой...

Красивая картинка. По желтому пшеничному полю мчится красный мотоцикл! Но это так, чисто умозрительная картинка красивая, а по факту мотоциклист еле едет по проселочной дороге, неимоверно виляя рулем, и чуть не падая. Я смотрю на него из окна, вцепившись мертвой хваткой в белый пластиковый подоконник, словно это он виноват, что Лом так и не научился ездить на байке. Словно это он - подоконник может помочь Лому доехать до санатория и не свернуть шею. Интересно, где это Лом нарыл старую Хонду CB500? Их уже лет пятьдесят как не делают...

Странник. По воспоминаниям моего отца, один из моих предков был поваром у помещика, и когда в 1861году ему дали вольную, так у помещика поваром и остался. Другой, с отцовской линии был мазилой... но не нападающим в сборной по футболу, а в церквях мазал, расписывал. Прадед же был настоятелем Полтавской церкви, и когда его дочь вышла замуж за коммуниста предал ее анафеме. А потом простил, и Галина Степановна тайно от мужа коммуниста Сергея Леонтьевича (моего деда -отца моего отца) крестила всех своих детей у своего отца Степана. Сергей Леонтьевич был коммунистом по рождению (1908года рождения), поскольку в 1914 году его отец Леонтий выиграл по суду землю у помещика, но домой не вернулся...