Культура TODAY / Зарубежная культура

свет — пусть и не на бал, а на турнир по теннису. Папа Даниэль, бывший фитнес-тренер — теперь культурный пример для молодёжи, весь в синем и озабочен не только игрой, но и ролью "лучшего отца" в скандинавском сериале. А с ними, для пикантности кадров, — олимпийская чемпионка Сара Шёстрём: кто бы сомневался, что спортивный подтекст обязателен. Но, скажем прямо, Эстель явно не рвётся в тигры светских хроник — у девочки, кроме титула, есть учебники, младший брат и ещё не до конца написанная королевская судьба...

На сцене обсуждают: ради чего подкасты, кому они приносят деньги и как попасть в сердце (и карман) слушателя. "Молуско" твёрдо убеждён: без концепции и знания публики не пробиться, можешь хоть трижды колотить по барабану. DimeloKing разводит руками: вирусность падает не с неба — работай, не копируй! Рохас советует распространить своё влияние до предела — охвати все соцсети, используй каждый мем, клип и формат...

ПЕРЕСМОТРЕТЬ ЦЕННОСТЬ МАССОВОЙ ПЕЧАТИ История о том, как скромный агитплакат, провисевший полвека на складе под Минском, превратился в редчайший артефакт и вызвал охоту коллекционеров, доходящую до абсурда Нашедший его архивист даже не сразу понял, что держит в руках: яркий, чуть выцветший плакат с акробаткой в алом трико казался типовой массовкой 30-х. Но именно такой тираж почти полностью был уничтожен в конце 1930-х как «слишком легкомысленный». Оставшиеся единицы растворились в частных руках. Когда плакат показали на небольшой выставке в Минске, коллекционеры...

Выступили со сцены, обсудили силу песни между двух аккордов с продюсером T Bone Burnett. А ещё Боно прочитал стихи про палестинца, погибшего от рук поселенца — вот такой дабл-драм! Внучка Гатри заявила: «U2 давно с нами по одну сторону баррикад — против войны, за права человека и против коррупции». Группа не обошла стороной хиты: сыграли микс своих классик, припорошив их музыкой самого Гатри...

Эскиз, который продавец считал «ученической каракулей», оказался пропавшим экспериментом Мане и стал поводом для громкого спора о том, что считать подлинным бунтом в искусстве На лондонской распродаже старой мебели скучающий торговец вытащил из ящика пожелтевший лист. На обороте громоздилось неловкое «É.M.». Покупатели лишь хмыкали, пока один коллекционер не заметил знакомый нервный штрих. Оказалось, что это пропавший ранний набросок Эдуарда Мане — тот самый, о котором упоминал его друг Фантен-Латур в письмах...

) поехали 2) завтра 3) стол». 🥴 В списках — ни намёка на связь с видео, смысл уходит в ноль, а миллионы зрителей всё равно смотрят до конца, надеясь: вдруг всё-таки разгадаю тайну? Лайфхак — зашифровать чужое видео, чтобы алгоритмы не вычислили плагиат. Ну и, конечно, отлично собирает просмотры: люди обожают загадки, даже если сами загадки — вообще не про что...

? Вдова получила и память, и фонд, и часть имущества. Старшая внебрачная дочь, благодаря маминому упорству – дом на Рублёвке. А вот младший сын, Даниил, лишился всего, кроме фамилии и игрушечного сувенира. Его мать – модель Инна Белова – не стала вытягивать свой билет на семейной лотерее. Теперь Даниил живет в Зеленограде, учится кадровому делу, слушает музыку и смотрит на фотографии отца...

ИСКУССТВО Почему старая картонка с быстрым граффити, найденная в метро, стала поводом для споров, анонимных ставок и неожиданного признания уличного искусства как музейной ценности История началась с того, что обычный пассажир метро подобрал картонку с ярким граффити — всего пару штрихов и дерзкая подпись. Он выложил фото в соцсети, и через сутки пост стал вирусным: поклонники уличного искусства уверяли, что стиль подозрительно похож на ранние работы анонимного художника, известного как Rex Vandal. Музеи сначала посмеялись, но когда один коллекционер предложил за картонку серьёзную сумму, началась настоящая охота...

Джон Мелленкемп, не выдержав, отправил всех ненавистников по известному адресу (ну а как иначе?), а Брюс Резников напомнил: без музыки нам никуда, но и вне зоны комфорта надо выходить. В сюжете — крупнейшие боссы и артисты, сотни улыбок для фотоотчёта и обязательные речи против равнодушия. Говорили обо всём: о "настоящей" еврейской гордости, критической любви к Израилю, важности культуры, борьбы с апатией. Намёк прозвучал:...

Когда реставратор уже тянулся за шпатлёвкой, чтобы замазать «некрасивое пятно», под слоем штукатурки проявился мотив, от которого специалисты едва не потеряли дар речи Во время обычного ремонта старого венского кафе рабочие наткнулись на «странное пятно» на стене. Реставратор уже собирался его закрасить, но заметил характерный для австрийского модернизма изгиб линий. После аккуратного снятия слоя штукатурки проявилась фреска, выполненная учеником Эгона Шиле — малоизвестным, почти исчезнувшим из архивов Эрнстом Клауснером...

домой. Она работает с музеем больше двадцати лет, иногда покидает его, чтобы потренироваться на больших американских институциях, а потом снова идёт в родной Куинс, будто магнит под кожей. Теперь она сменяет Салли Таллант, которая уезжает руководить Hayward Gallery в Лондон. Уимпфаймер — не просто управленец, а человек, который знает музей буквально изнутри: занимала ключевые посты, дважды была временным директором и помогала выстраивать внешние связи, пока большинство горожан даже не знали, что музей существует...

МОЛОДОГО ХУДОЖНИКА Посетители решили, что падение шара — часть дерзкого перформанса, кураторы пытались спасти репутацию, а автор стоял в ступоре: его случайный провал стал его главным триумфом Когда на берлинской выставке гигантский керамический шар внезапно сорвался с пьедестала и с оглушительным грохотом прокатился через весь зал, публика замерла лишь на секунду — а потом разразилась аплодисментами. Никто не подозревал, что автор инсталляции, молодой керамист Феликс Адлер, в этот момент едва не потерял сознание от шока. Он вовсе не планировал никакого перформанса: шар просто плохо закрепили...