Культура TODAY / Зарубежная культура

? Вдова получила и память, и фонд, и часть имущества. Старшая внебрачная дочь, благодаря маминому упорству – дом на Рублёвке. А вот младший сын, Даниил, лишился всего, кроме фамилии и игрушечного сувенира. Его мать – модель Инна Белова – не стала вытягивать свой билет на семейной лотерее. Теперь Даниил живет в Зеленограде, учится кадровому делу, слушает музыку и смотрит на фотографии отца...

ИСКУССТВО Почему старая картонка с быстрым граффити, найденная в метро, стала поводом для споров, анонимных ставок и неожиданного признания уличного искусства как музейной ценности История началась с того, что обычный пассажир метро подобрал картонку с ярким граффити — всего пару штрихов и дерзкая подпись. Он выложил фото в соцсети, и через сутки пост стал вирусным: поклонники уличного искусства уверяли, что стиль подозрительно похож на ранние работы анонимного художника, известного как Rex Vandal. Музеи сначала посмеялись, но когда один коллекционер предложил за картонку серьёзную сумму, началась настоящая охота...

Джон Мелленкемп, не выдержав, отправил всех ненавистников по известному адресу (ну а как иначе?), а Брюс Резников напомнил: без музыки нам никуда, но и вне зоны комфорта надо выходить. В сюжете — крупнейшие боссы и артисты, сотни улыбок для фотоотчёта и обязательные речи против равнодушия. Говорили обо всём: о "настоящей" еврейской гордости, критической любви к Израилю, важности культуры, борьбы с апатией. Намёк прозвучал:...

Когда реставратор уже тянулся за шпатлёвкой, чтобы замазать «некрасивое пятно», под слоем штукатурки проявился мотив, от которого специалисты едва не потеряли дар речи Во время обычного ремонта старого венского кафе рабочие наткнулись на «странное пятно» на стене. Реставратор уже собирался его закрасить, но заметил характерный для австрийского модернизма изгиб линий. После аккуратного снятия слоя штукатурки проявилась фреска, выполненная учеником Эгона Шиле — малоизвестным, почти исчезнувшим из архивов Эрнстом Клауснером...

домой. Она работает с музеем больше двадцати лет, иногда покидает его, чтобы потренироваться на больших американских институциях, а потом снова идёт в родной Куинс, будто магнит под кожей. Теперь она сменяет Салли Таллант, которая уезжает руководить Hayward Gallery в Лондон. Уимпфаймер — не просто управленец, а человек, который знает музей буквально изнутри: занимала ключевые посты, дважды была временным директором и помогала выстраивать внешние связи, пока большинство горожан даже не знали, что музей существует...

МОЛОДОГО ХУДОЖНИКА Посетители решили, что падение шара — часть дерзкого перформанса, кураторы пытались спасти репутацию, а автор стоял в ступоре: его случайный провал стал его главным триумфом Когда на берлинской выставке гигантский керамический шар внезапно сорвался с пьедестала и с оглушительным грохотом прокатился через весь зал, публика замерла лишь на секунду — а потом разразилась аплодисментами. Никто не подозревал, что автор инсталляции, молодой керамист Феликс Адлер, в этот момент едва не потерял сознание от шока. Он вовсе не планировал никакого перформанса: шар просто плохо закрепили...

🕊️ Её история начинается в Лигове, где девочка, окружённая слухами о собственном происхождении, неожиданно выбрала путь, который казался невозможным: стать величайшей балериной мира. Она провалила первый экзамен в балетную школу — слишком болезненная, слишком тонкая, слишком «не такая». Но именно в таких «не таких» иногда и прячутся будущие гении. Мариус Петипа увидел в ней то, чего не заметили остальные, — «пушинку», созданную для полёта. Так и вышло: девять лет суровой школы превратили Павлову в танцовщицу, чья лёгкость ставила под сомнение законы физики...

Подкинули в комментарии: «Такое время — так проще» (хотя разве раньше доверяли больше?). Отец без пары поскрежетал зубами: пижамная вечеринка отменяется, никто не хочет рисковать дочками — вдруг у мужика дома что не так. Даже если позвать суровых мам-надзирателей, Моника остаётся непреклонна: никаких ночёвок. Над всей этой мозаикой семейных страхов витает дух нового времени — меньше доверия, больше страхов...

обвинениями. Universal осталась ни с чем, а Кендрик Ламар, оказывается, не обзывал Дрейка как-то опасно, весь шум — искромётные рифмы. Джо Бадден тут же празднует момент и отпускает фейерверк в соцсетях: объявляет Дрейка «би—», сочиняет мемы, добивает фоточкой будто усталого Дрейка. В ответ Дрейк, не отходя от кассы, осенью...

ИСТОРИЮ ОДНОГО МУЗЕЯ Скромный холст, считавшийся учебной работой, внезапно обнажил скрытые подписи, зашифрованные шутки и странные отметки на обороте — и втянул музей в расследование, которого он совсем не ждал На складе небольшого музея провинциального города десятилетиями пылился холст, помеченный как «учебный этюд неизвестного». Но реставратор Анита Соколовская 🎨 заметила на обороте странный штрих — словно часть зашифрованного символа. Под ультрафиолетом проявились ещё три метки и крошечная подпись, выполненная в манере «Синего круга» — полузабытого объединения модернистов 1910-х. Дальше...

Хит «Golden» от HUNTR/X так вцепился в Billboard, что даже самые добрые уши подумывают пойти на договор с дьяволом: 160.2 млн стримов и 36 тыс загрузок — одержимость уровня Netflix. Saja Boys с «Soda Pop» барахтаются на втором — но тут всё, как на настоящей охоте на демонов: выжил только один! Саундтрек фильма получил корону чарта Billboard 200 впервые в сентябре — через шесть недель после второго места...