Канал о книгах и кино

Спустя 55 лет после первой книги культового цикла Клайва Стейплза Льюиса "Хроники Нарнии" режиссер Эндрю Адамсон решил воплотить волшебную историю о детях Певенси на экране. Несмотря на возражения автора, фильм "Лев, Колдунья и платяной шкаф" увидел свет...

Через несколько минут битва была закончена. Большинство врагов погибло во время первой атаки армии Аслана, а те, кто остался в живых, увидев, что Колдунья мертва, спаслись бегством или сдались в плен. И ВОТ уже Аслан и Питер приветствуют друг друга крепким рукопожатием. Люси никогда еще не видела Питера таким, как сейчас: лицо его было бледно и сурово, и он казался гораздо старше своих лет. — Мы должны поблагодарить Эдмунда, Аслан, — услышала Люси слова Питера. — Нас бы разбили, если бы не он. Колдунья размахивала своей палочкой направо и налево, и наше войско обращалось в камень...

— Какое странное место! — воскликнула Люси. — Сколько каменных животных... и других существ! Как будто... как будто мы в музее. — Ш-ш, — прошептала Сьюзен. — Посмотри, что делает Аслан. Да, на это стоило посмотреть. Одним прыжком он подскочил к каменному льву и дунул на него. Тут же обернулся кругом — точь-в-точь кот, охотящийся за своим хвостом, — и дунул на каменного гнома, который, как вы помните, стоял спиной ко льву в нескольких шагах от него. Затем кинулся к высокой каменной дриаде позади гнома...

Девочки все еще сидели в кустах, закрыв лицо руками, когда они услышали голос Колдуньи: — Все за мной, и мы покончим с врагами. Теперь Большой Глупец, Большой Кот умер. Мы быстро справимся с предателями и с человеческим отродьем. Следующие несколько минут могли окончиться для сестер печально. Под дикие крики, плач волынок и пронзительное завывание рогов вся орда злобных чудищ помчалась вниз по склону мимо того места, где притаились Сьюзен и Люси. Девочки чувствовали, как холодным ветром несутся...

Как только Колдунья скрылась из виду, Аслан сказал: — Нам надо перебираться отсюда, это место понадобится для других целей. Сегодня вечером мы разобьем лагерь у брода через Беруну. Конечно, все умирали от желания узнать, как ему удалось договориться с Колдуньей, но вид у Льва был по-прежнему суровый, в ушах у всех еще звучал его грозный рык, и никто не отважился ни о чем его спрашивать. Солнце уже высушило траву, и они позавтракали прямо на лужайке под открытым небом. Затем все занялись делом; одни сворачивали шатер, другие собирали вещи...

А теперь пора вернуться к Эдмунду. Они все шли и шли. Раньше он ни за что не поверил бы, что вообще можно так долго идти пешком. И вот наконец, когда они очутились в мрачной лощине под тенью огромных тисов и елей, Колдунья объявила привал. Эдмунд тут же бросился ничком на землю. Ему было все равно, что с ним потом случится, лишь бы сейчас ему дали спокойно полежать. Он так устал, что не чувствовал ни голода, ни жажды. Колдунья и гном негромко переговаривались где-то рядом. — Нет, — сказал гном, — теперь это бесполезно, о, королева ! Они уже, наверно, дошли до Каменного Стола...

А в это самое время далеко-далеко оттуда бобры и ребята уже много часов подряд шли, словно в сказке. Они давно сбросили шубы и теперь даже перестали говорить друг другу: “Взгляни! Зимородок!” — или: “Ой, колокольчики!” — или: “Что это так чудесно пахнет?” — или: “Только послушайте, как поет дрозд!” Они шли теперь молча, упиваясь этой благодатью, то по теплым солнечным полянам, то в прохладной тени зеленых зарослей, то вновь по широким мшистым прогалинам, где высоко над головой раскидывали кроны...

Тем временем Эдмунду пришлось испытать тяжелое разочарование. Он думал, что, когда гном пойдет запрягать оленей, Колдунья станет ласковее с ним, как было при их первой встрече. Но она не проронила ни слова. Набравшись храбрости, он спросил: — Пожалуйста, ваше величество, не дадите ли вы мне немного рахат-лукума... Вы... Вы... обещали — но в ответ услышал: — Замолчи, дурень. Однако, поразмыслив, она проговорила, словно про себя: — Да нет, так не годится, щенок еще потеряет по дороге сознание, — и снова хлопнула в ладоши...

А теперь нам пора вернуться к мистеру Бобру и миссис Бобрихе и к остальным трем ребятам. Как только мистер Бобр сказал: “Нам надо выбираться отсюда, не теряя ни одной секунды”, — все стали надевать шубы, все, кроме миссис Бобрихи. Она быстро подняла с пола несколько мешков, положила их на стол и сказала: — А ну-ка, мистер Бобр, достань-ка с потолка тот окорок. А вот пакет чая, вот сахар, вот спички. И хорошо бы, если бы кто-нибудь передал мне несколько караваев хлеба. Они там в углу. — Что вы такое делаете, миссис Бобриха? — воскликнула Сьюзен...

Вы, конечно, хотите знать, что же случилось с Эдмундом. Он пообедал вместе со всеми, но обед не пришелся ему по вкусу, как всем остальным ребятам, ведь он все время думал о рахат-лукуме. А что еще может испортить вкус хорошей простой пищи, как не воспоминание о волшебном лакомстве? Он слышал рассказ мистера Бобра, и рассказ этот тоже не пришелся ему по вкусу. Эдмунду все время казалось, что на него нарочно не обращают внимания и неприветливо с ним разговаривают, хотя на самом деле ничего подобного не было...

А теперь, — повторила за ним Люси, — пожалуйста, будьте так добры, расскажите нам, что случилось с мистером Тамнусом. — Ах, — вздохнул мистер Бобр и покачал головой. — Очень печальная история. Его забрала полиция, тут нет никаких сомнений. Мне сообщила об этом птица, при которой это произошло. — Забрали? Куда? — спросила Люси. — Они направлялись на север, когда их видели в последний раз, а мы все знаем, что это значит. — Вы — знаете, но мы — нет, — возразила Сьюзен. Мистер Бобр снова мрачно покачал головой...