ЛПС Любовь, предательство и страсть

Как бы ужасно ни было всё это, всё-таки главной причиной, по которой и сама Кира перестала хотеть жить с родными, крылась в другом. Ещё с малых лет девочка слышала от них (в основном от бабушки) слова, очень похожие на упрёки, как ни странно, связанные с её матерью, которую она никогда не знала. Единственное, что девочке было известно, так это то, что звали эту женщину Анной, и что когда-то давно она бросила и её, и своих родителей, обещав однажды приехать. От Галины то и дело звучали неприятные реплики, на которые Кира совершенно не знала как реагировать...

− Виолочка, ну зачем ты так? - с непониманием произнесла Анна. - Кира — нормальный человек. Ты думаешь, я бы предложила ей вино, если бы она мне не понравилась? Я тебя очень прошу, позволь мне принять решение самой. Не проси нас с папой выгонять её в первые рабочие дни. − А что, ты хочешь сказать, что те, кого я прогнала, были нормальными? − Виол... Я не знаю. Но Кира... − Да что ты всё Кира и Кира! Имя ещё такое... Фу! - брезгливо буркнула Виолетта.  Анна замолчала. Очередной взрыв негативных эмоций у её дочери определённо случился не на ровном месте...

Говорят, что история развития человечества циклична. Что все события, которые когда-то происходили, будут происходить вновь и вновь, меняются лишь персонажи , да и те иной раз являются просто современной версией людей из прошлого. Циклична мода, цикличны события, катаклизмы, циклична и сама природа. А некоторые считают, что и в жизни отдельно взятой личности тоже всё повторяется по единому сценарию, просто не все замечают это за бешеными ритмами жизни, за своими делами делами и заботами. И если...

Теперь, когда к продавщице приходил Денис, она мило кокетничала с ним, но не переступала грани, и кокетство это иной раз можно было даже спутать с банальной приветливостью. Мужчина не был уверен в том, что Алевтина положила на него глаз, но он был бы рад этому. Всё же скромный автомеханик боялся делать первые серьёзные шаги, и поэтому период намёков и скромных улыбок длился долго.    И всё-таки этот момент настал. Алевтина не хотела в очередной раз заводить разговор с Денисом на своём рабочем месте...

Всё реже и реже местные жители Веселовки, которые уже давно воспринимали Стёпу, как родного, видели парня в посёлке. Он то работал, то ночевал у новых друзей или подруг, а последние два года и вовсе служил в армии, поэтому то и Инга Борисовна с Анной Степановной едва признали крепкого высокого парня, идущего с загадочным взглядом из продуктового магазина. И лишь только когда он поравнялся с ними, и с улыбкой больших красивых зубов сказал «Здравствуйте», они поняли: «Это наш Стёпа.»   После почти...

− Ты что, Петя, не понимаешь, что она нагуляла этого ребёнка? Она же в своей Москве только и живёт... Актриса наша... Погорелого театра. - возмущалась полная деловая дама с крашеными в рыжий волосами. − Не понимаю. Мам, может мы сами с Настей разберёмся? − Разбирайтесь. Но пусть делает ДНК. Так и скажи ей, что мама считает, что нагуляла, и настаивает на тесте. − Ты с ума сошла, мам? - негодовал юноша.   Это был первый в его жизни напряжённый разговор с матерью.   Казалось, посёлок Веселовка был так назван неспроста...

Мужчина, всю свою жизнь переживавший, места не находивший из-за непризнания дочери, не собирался сдаваться, и, в то же время, он понимал, что его часики тикали к завершению пути. Он стал писать и звонить ей, но старался не навязываться. Что-то рассказывал, просил совета и несколько раз позвал на концерт и в театр на пьесу. Поначалу Зоя вовсе не реагировала, но потом сжалилась над отцом и стала давать ему короткие ответы вроде «не знаю», да» и «всё нормально». Спустя месяц после таких переписок...

В последнее время ночи Ивана стали тяжелы. Он плохо засыпал и всё думал и думал о своей судьбе и о своих детях, и всё это усложнялось невыносимо громким храпом его жены. Очевидно, тяжелее в тот период было ему, нежели Дарье, ведь как известно, счастливые и беззаботные спят спокойно.   «Зачем пришёл? Показать, что за ум взялся? Бред какой-то показал мне, как будто на скорую руку... Чего он хочет то? На что надеется? Я ж бизнес обещал, а не деньги на дурацкие проекты.» - размышлял Иван, лёжа в постели и глядя в приоткрытое окно, из которого в комнату проникал свежий прохладный воздух июля...

Иван сидел в своём уютном кабинете за любимым рабочим столом с зелёным сукном, как в старину, и курил трубку. Шестидесяти четырёхлетний бизнесмен слыл любителем старомодных штучек, развлечений, образа жизни — одним словом, он был фанатом моды девятнадцатого века. В кабинете у него висел портрет царя-миротворца Александра III, и это выдавало в нём любителя российской истории и в целом неравнодушного интеллигентного человека. В тот вечер бизнесмен задержался на работе, потому что задумался о чём-то...

− Опять думаешь о чём-то... И мне не скажешь... - подъехав к столу, грустно, но любя, произнесла дочь. − Том, да ты как всегда... Давай лучше завтракать. - ответила Настя.   На стол она поставила большую кастрюлю и открыла крышку. Оттуда вверх густыми клубами поплыл пар. Запах этот Томе был очень знаком, и она сразу поняла, что было в кастрюле. А ещё подсказкой были креманки, стоявшие на столе, в одну из которых была налита сгущёнка, а в другую положена сметана. − Ммм... - Тамара в упоении закрыла глаза и подняла подбородок к потолку...

Ярослав был единственным ребёнком в семье Заварзиных. Его мать Лилия и отец Борис познакомились довольно поздно, им уже было за тридцать, они оба представляли из себя людей обеспеченных, вставших на ноги, знающих, чего хотели от жизни. Борис занимал серьёзную должность в управе города, а у Лилии был свой бизнес, она владела небольшой фирмой, выпускающей биодобавки.    Мальчик рос излюбленным, но, в силу занятости, родители проявляли к нему свои тёплые чувства нечасто, но никогда Ярослав не знал, что такое укоры, наказания, претензии...

Океан. Пальмы. Приветливые счастливые люди. Палящее солнце. Сочные плоды. Сон в палатке под шум волн. Каким бы ни был этот прекрасный мир с его огромным разнообразием, всё-таки, если ты не чувствуешь в душе свободы, тебя ничего не будет удивлять и вдохновлять. Поэтому Вениамин никогда раньше не уезжал так далеко. Он решил отправиться смотреть на мир в тот момент, когда груз с его души был снят... хоть и не полностью.   За этот месяц Вениамин успел посетить две страны — Мексику и Чили, где он и остановился на длительный отдых...