Протяжённость присутствия.
Это пришло не как мысль и не как вывод.
Скорее — как смена плотности воздуха. Жизнь осталась той же: те же дни, те же движения, та же череда утр и вечеров. Но между ними появилась пауза. Не пустая — прозрачная. В ней стало слышно не содержание жизни, а сам факт её течения. Мысль о конечности не ударила — она осела.
Не страхом и не паникой, а тихим знанием: время никуда не ведёт, оно просто проходит. И в этом прохождении стало ясно, что большая часть усилий — попытка придать направленность тому, что по природе является лишь протяжённостью...