Никита Пинчук / Федор Белкин

Я проснулся первым. Чтобы не разбудить спящего друга, я медленно, без лишнего шума расстегнул палатку и выполз наружу. На улице встречала приятная утренняя прохлада. Я накинул ветровку и осмотрелся. Торчащая в разные стороны трава, три палатки, деревянный стол под яблоней и покосившийся забор. Так выглядел задний двор деревенского дома. Это место хозяева позиционировали как кемпинг. Накатило уныние. Вдобавок проказница-тоска царапала душу своим длинным ногтем и накидывала в мозг картинки из прошлого...

Это был ужасный сон. Я и сейчас не помню, что меня так сильно напугало. После пробуждения я ещё минут пять сидел в постели и слушал, как сердце колотит в грудную клетку. Чтобы успокоиться, я стал всматриваться в гипсовый бюстик Будды на подоконнике. Не помогло. В голове крутились упражнения из когнитивно-поведенческой терапии, но весь опыт, накопленный мной за три года посещения психолога, не помогал сиюминутно побороть страх. Я потянулся к телефону, чтобы узнать время. Мне тут же вспомнился ролик,...

Добрый день! Большое спасибо за интерес, проявленный к вакансии «креатор». Ваше резюме показалось нам интересным. Мы предлагаем вам выполнить тестовое задание. Это стандартное условие для всех кандидатов. В случае успешного выполнения задания вы будете приглашены на второй этап собеседования — личное интервью. Условие тестового задания можно получить по ссылке. Обратную связь гарантируем в течение 3—5 дней. С уважением, Юлия. HR-менеджер ParadisePlay. «Что ещё за ParadisePlay», — думал Артур, листая ленту своих откликов на вакансии...

— Слушай, Насть, сходи одна, а? Скажи, что я заболел или уехал. Да, скажи, что я уехал… Костя лежал на диване и наблюдал, как его жена роется в шкафу, подбирая вечерний наряд. Уютный эдем внутри однокомнатной квартиры, созданный при помощи нехитрых манипуляций с гирляндами, а также украшенной искусственной ели, впечатал Костю в постель и не хотел его отпускать. — И куда ты на этот раз уехал? — ответила Настя. — Ты обещал мне! Так что собирайся! — Ты же знаешь, как я ненавижу эти «разговоры у кулера»! — Знаю, но потерпи чуть-чуть...

Сколько себя помню, я всегда любил путешествовать. Будь то короткая поездка к бабушке в деревню, или дальняя дорога в Крым на стареньком «форде» (в котором удивительным образом уместились две семьи), или школьная экскурсия в Краков – зов любого маршрута тут же отзывался в моей груди самым приятным трепетом. Но был и другой вид путешествий, который я также начал практиковать с раннего детства. И, в отличие от путешествий, требующих штампа в паспорте, этот вид не предполагал никаких телодвижений. Я путешествовал в будущее...

Жаль, что к написанию этого текста я приступаю после того, как заглянул в главный труд Фредерика Перлза и его товарищей (Теория гештальт-терапии). Ибо здесь, для начала я вынужден выплеснуть накопившуюся желчь от прочтения первых страниц книги – с одной стороны. А с другой – расписаться в своего рода поражении, ведь с каждой новой прочтённой страницей, я находил всё больше и больше поводов для симпатии к теории Перлза. Сиюминутное впечатление от первых страниц – раздражение. Впечатление, сформированное...

Мы подъехали к автобусной остановке. В машину сели ещё двое: парень и девушка. Вместе с ними в салон просочился запах перерабатываемого чьим-то организмом спирта. Девушка в спортивном костюме (её глаза ещё блестели остатками вчерашней алкорадости) навсегда запомнилась мне только своим отвратительным перегаром. Я приоткрыл окно и в тот же момент подумал, а не показался ли я слишком грубым? До места сбора мы ехали в тишине и редко перебрасывались короткими фразами, чтобы хоть как-то причесать образовавшуюся внутри салона неловкость...