ДЗЕН-БУДДИСТ

Под самый дембель Витька чуть было не угодил в дисбат («дизель» – так его называют на армейском жаргоне). Бывшие рядовые и сержанты, кого угораздило пройти через него, с содроганием вспоминали эту суровую школу жизни: «Не дай Бог кому попасть туда! Это место пострашнее армии и тюрьмы вместе взятых будет…». …Один из последних Витькиных караулов случился как раз в новогоднюю ночь – с 31 декабря на 1 января. А уже 16-го января 1997-го в штабе части должны были внести в военный билет заветную запись:...

Тот, кто служил, наверняка никогда не забудет богатый армейский фольклор. «Армия – это школа жизни, которую лучше пройти заочно». Или: «Армия – это волчья тропа, по которой нужно пройти, оскалив зубы». Или такой перл: «Кто служил в армии, тот в цирке не смеётся». По-разному складывались Витькины 24 месяца на базе хранения вооружения и техники. Но он никогда не позволял себе походя, от скуки и развлечения ради, измываться над молодым пополнением. При случае мог даже и заступиться за «духа» или «черпака»...

Полуторагодичный срок службы «дедов» подошёл к своему логическому завершению. Витькин призыв тоже должен был оттрубить полтора года, но в Министерстве обороны затеяли очередную реформу, и «полторашка» волшебным образом трансформировалась в два года. Незадолго до увольнения в запас «деды» провели обряд «перевода» «духов» в «слоны» (в армейском фольклорном словаре «слон» расшифровывается как «солдат, любящий оху…ные нагрузки»). Обряд посвящения сопровождался весьма болезненной процедурой пробития ремнём по заднице: звёзды от блях буквально «отпечатывались» на ягодицах новоиспечённых «слонов»...

Именно в армии выражение «спать на ходу» перестало быть для Витьки Забродина обычным фразеологизмом. Как оказалось, и на ходу вполне себе можно спать. И даже видеть при этом сны! Какие две самые главные «нехватки» на первых порах службы? Это, конечно же, нехватка еды и полноценного сна. Нормированное питание в строго установленное время всегда оставляло чувство непреходящего, сосущего под ложечкой, голода, а постоянные наряды вкупе с «ночными забавами» дембелей предполагали лишь сон урывками. Своё первое заступление в караул Витька запомнил на всю жизнь...

В самый разгар весны молодые стали заступать в караулы вместе со старослужащими. Перед этим они всё свободное время зубрили УГиКС – Устав гарнизонной и караульной служб.  - Обязанности часового и то, что запрещается на посту, вы должны знать как «Отче наш…» – напутствовал при этом будущих «караульных волков» ротный замполит, капитан Милованов. – Даже если вас разбудят посреди ночи, вы должны без запинки процитировать эту «солдатскую Библию» с любого места. И помните: каждый пункт Устава написан...

«Дневальный – конь педальный!.. А ну-ка дуй сюда! Шевелись!..» – из дальнего, тёмного угла расположения раздался зычный голос изрядно захмелевшего Большого. Стараясь не греметь подковками, прибитыми к каблукам кирзовых сапог, рядовой Сергей Полунин как можно тише подошёл к сержанту.  - Во, слышишь?!. – ткнул пальцем в соседний кубрик Большой. – Иди, убей «тигра»… В соседнем кубрике кто-то неистово храпел. И «убить тигра» в этой ситуации означало только одно: со всего маху огреть подушкой издававшего храп солдата...

22 февраля 1995-го, аккурат перед Днём защитника Отечества, «молодняк» привели к военной присяге. Накануне этого волнительного и судьбоносного события парни тщательно начищали сапоги (как говаривали в части: «Умом ты можешь не блистать, но сапогом блистать обязан!»), до зеркального блеска натирали пастой ГОИ бляхи ремней. «Кто такой этот загадочный Гои, в честь которого назвали пасту?» – гадали новобранцы. Всё оказалось до прозаичности просто: ГОИ расшифровывается как Государственный оптический институт...

Незадолго до принятия присяги Витьке и ещё одному новобранцу удалось, пусть хоть на каких-то пару часов, но всё же вырваться из серых армейских будней на волю. Получилась, своего рода, «мини-увольнительная». После завтрака и утреннего развода на плацу командир роты, старший лейтенант Касаткин, приказал: - Забродин и… Смышляев, ко мне! Задача, в общем, такая: сейчас с водителем мусоровоза выдвигаетесь на городскую свалку. Он там выгрузится, а вы, в случае необходимости, подчистите кузов от остатков мусора...

«Продовольственный вопрос» первые месяца три пребывания молодого пополнения в части оставлял желать лучшего: в основном, приходилось довольствоваться блюдами из капусты во всевозможных «вариациях»: щи, бигус, в сочетании с самыми разными крупами… Благо, на БХВТ был собственный свинарник, и иногда солдатам перепадало и мясо. Немудрено, что от такой «диеты» в туалет (обычно – по вечерам) выстраивалась очередь… «Деды», понятное дело, такие «кулинарные изыски» в пищу не употребляли: на обед и ужин лакомились...

После инцидента в столовой, в один из дней, вернувшись из караула, сержант Ежов отозвал Витьку в сторону: - Пойдём-ка, покурим… Заинтригованный и насторожённый (сержант, как спортсмен, курением не увлекался), Витёк пошёл вслед за ним в курилку. - То, что ты не хочешь шестерить, – это, конечно, похвально… – начал он издалека. – Но просто тупо забивать болт на «дружеские просьбы» «дедов» – этого явно недостаточно… – тут сержант сделал красноречивую паузу. – За каждый отказ ты будешь нещадно бит – так тебе никакого здоровья не хватит...

Знали ли офицеры, что в части махровым цветом буйствовала дедовщина? Конечно, знали, не могли не знать… Синяки на грудинах «духов» после ночных визитов «дедов» на утреннем осмотре были явным свидетельством процветавшего в части этого позорного явления… Конечно, все дружно лепили отмазки, мол, с турника на зарядке упал, с кровати со второго яруса невзначай спланировал, в мойке во время наряда по столовой поскользнулся и т.д. и т.п. Версий придумывалось множество, однако офицеры, выслушивая объяснения...

Это была середина 1990-х, непростое время: развал и бардак в стране, разброд и шатания – в армии. А тут ещё и первая Чеченская война началась… Потому от службы стали «косить» всеми возможными и невозможными способами. А вот как раз Витька на вполне законных основаниях мог вообще не служить в армии: к моменту призыва у него на руках был «белый» военный билет – списан подчистую. Но в его семье считалось позорным, если мужчина не отдал свой священный долг Родине. Вскоре военник был будто бы «утерян»,...