Читалка для души

– Тамара Ивановна Гурьянова? – спросил в трубке усталый женский голос. – Вас беспокоит Светлана Аркадьевна Зорина, директор детского дома. У нас живёт мальчик, Матвей Гурьянов.. Его отец умер в феврале, и в документах ближайшим родственником записан ваш муж. Я стояла у кассы с кочаном капусты в руке и не могла вспомнить, взвесила его или нет. Очередь за спиной вздыхала, а женщина в вязаной шапке спросила, будем мы пробивать капусту сегодня или подождём до весны. – Простите, – сказала я в трубку и опустила кочан на весы...

Мама пересадила мою орхидею в грядку с чесноком, а я устроила ревизию на даче – Кто тебе разрешил трогать мои цветы? – я держала в руках пустой горшок. – Она у тебя два года не цвела, – мама вытирала руки о фартук. – А чеснок хоть какая-то польза. Орхидею мне подарили на день рождения. Стоила она пять тысяч рублей. Теперь на её месте торчали три зубчика чеснока, воткнутые криво, будто их сажали в темноте. Дачу мама получила от бабушки пятнадцать лет назад. С тех пор шесть соток превратились в маленькое...

Внук прожил у меня месяц. Рассказываю, как я это пережила Зинаида Марковна, шестьдесят три года, пенсия, огород на шести сотках и тридцать лет стажа в бухгалтерии молочного завода. Ровно месяц назад ко мне заехал внук Славик, девятнадцать лет,, студент второго курса, в народе известный как «тот самый, который сжёг тостер батарейкой». Родители Славика уехали в отпуск в Турцию на две недели, потом отпуск превратился в четыре, а после звонка «мам, мы тут задержимся, командировка подвернулась» я поняла: заехал он ко мне не на две недели...

Как зять повез меня к своей родне и мы двенадцать часов кружили вокруг одной деревни – Валентина Петровна,, соберитесь к восьми, – сказал зять с порога. – К обеду будем у тёти Зины. Я собралась к семи сорок. Витя приехал в восемь пятнадцать на старой «Ниве», пахнущей бензином и сосисками из привокзального ларька. Ехать нам предстояло в Дубовку, деревню под Тарусой, где жила его тётка по отцовской линии. Я видела её один раз, на свадьбе, и запомнила только огромный пирог с капустой и голос, перекрывавший баян...