Нравственность

В Петербурге ко мне часто обращаются «барышня». Мне нравится. Хотя контекст бывает самый неожиданный. Бреду, например, по Большому Сампсониевскому. Пробираюсь сквозь снега натурально. Навстречу парень с пачкой рекламных листовок. — Барышня, самогонный аппарат с хорошей скидкой! — Вот скажите, я выгляжу сейчас как человек, которому нужен самогонный аппарат? Вы правда думаете, что я его куплю в такую погоду??? — А что ещё вам может быть нужно в такую погоду? — Возможно, лыжи! Парень меряет меня проницательным взглядом. — Вы не из Санкт-Петербурга? Качаю головой. — Пойдёмте, барышня, — вздыхает парень...

В нашeм бассeйне есть саyна, где каждoе утро собираeтся веселая стайка девoчек Грyди их слeгка пoдпортила бeссердечная сyка-гpавитация. Они не брeют зону бикини, не бoрются с целлюлитом, потoму, что все рaвно бeсполезно. Они не кoмплексуют из-за свoих тел, и никoгда не надeвают в сауне кyпальники. Они разговаривают грoмко, смеются в голос, и задoрно размахивают полoтенцами. Обсуждают политику, звезд, мужиков, показывая пoтрясающую осведомленность в мирских делах. Затем той же веселой стайкой бегут гулять по осенним аллеям, или в магазин, где распродажа, или даже в кино. Да, этим девoчкам уже далeко за 60...

Я ноги потерял, а люди души теряют Как военный летчик Герой Советского Союза, монах Киприан, прошедший Афганистан, нашел свой путь к Богу ЗВЕЗДА ГЕРОЯ НА ПОДРЯСНИКЕ — …Это не просто награда, теперь это еще и мое послушание, — поправляет Звезду Героя Советского Союза на подряснике монах Киприан. — На второй день после пострига настоятель говорит: «Надевай и не снимай больше!» Герой-инок бодро ведет нас по переходам одного из московских торговых центров и, к нашему удивлению, приводит к небольшой комнатке, пропитанной ладаном...

Мне хочется напомнить мысль, быть может, банальную, но для меня очень серьёзную: небольшой шаг для человека — большой шаг для человечества. Исправить человечество нельзя — можно исправить только самого себя. Накормить ребёнка, не сказать грубого слова, перевести через дорогу старика, утешить плачущего, не ответить на зло, дорожить своим призванием, суметь смотреть в глаза другому человеку. Всё это гораздо проще для одного человека, но для всех сразу очень трудно...

Мой биологический отец не оставил в жизни большого следа, кроме моей нечеловеческой красоты и премерзкого характера. Мама воспитывала меня одна и делала это так виртуозно, что я всегда жила в твёрдой уверенности, что девочка вполне может вырасти и без отца. И только иногда по вечерам я видела, как мама плачет одна на кухне, и как сложно ей без мужчины. «Откуда ему взяться, дочка? Мне уже шестой десяток. Все хорошие давно разобраны». И на Новый Год я регулярно просила у деда мороза мужа для мамы. И вот наконец я выросла и покинула дом, мама выдохнула с облегчением и случилось чудо. Она встретила его...