Я использую ии каждый день, постоянно. Спектр направлений взаимодействия с ним огромен. И мне это нравится, он неотъемлемый помощник мой на каждом почти шаге бытия. НО все чаще для творческой работы я отказываюсь от него. Сначала я стала замечать «искусственные оборот» не только у себя, а повсюду в соцсетях, а это породило ощущение отсутствия усилия при передаче мысли в форму текста или картинки. А ведь именно коэффициент усилия считывается подсознательно. Конечно, написать грамотный промт, редактирование и внесение изменений- это тоже усилие, но оно не сопоставимо с человеческим полетом мысли и попытками создать свое, индивидуальное, отражающее тебя лично. Потом я стала понимать, что я сама создам лучше: пусть не идеально, но лучше просто потому, что приложу свою человеческую мысль и фантазию. Машины научились писать тексты, рисовать картины, сочинять музыку. Они «фантазируют» будто бы лучше нас и создают все гораздо быстрее. Но чем больше я думала об этом, тем яснее понимала: ии не обладает фантазией, он симулирует её. Его творчество не имеет ничего общего с прыжком в неизвестность. Это только осмысление уже существующего опыта человека. Ведь именно человек пишет для него алгоритмы, и процесс самообучения ии построен на уже существующем опыте и осмыслении его. Статистика, вероятность и структура, математика, одним словом. Никакого творчества. Он не просыпается ночью с мыслью, которая разрывает его изнутри. Он не испытывает страхи и эмоции, а человеческая фантазия рождается именно в непредсказуемости, в боли, в любви: в плоскостях, не досягаемых для машины и ее законов логики и математики. Порой фантазия возникает из ниоткуда, но на самом деле из глубины переживания. И я стала особенно остро чувствовать, что когда создаёшь что-то с помощью ии, даже очень красивое, нет ощущения усилия. Все выверено до мелочей, и слишком четко и ровно, без переживания и неуверенности, а именно в несовершенстве часто живёт подлинность. Живая линия чуть дрогнула, и в этом жизнь и сомнение автора. Мысль получилась неидеальной, и за этим стоит человек. Возможно, поэтому сейчас, параллельно с ростом технологий, растёт ценность человеческого присутствия: не скорости и безупречности, а глубины. Ии может ускорить процесс, может помочь и расширить возможности, но он не переживает. И пока он не переживает, человеческая фантазия остаётся непредсказуемее, глубже и, для меня, ценнее. Мне кажется, что в будущем самой большой роскошью станет не технология, а живой человек, потому что в его работе есть неповторимость индивидуальности, несовершенство и усилие. А именно усилие и приложенный труд - делают вещи ценными и уникальными. Если, конечно, уникальность - ест цель, а не массовость.
AnastasiaLa100
Одиночество возникает не от отсутствия людей рядом, а от неспособности рассказать о том, что кажется вам важным. Одиночество редко связано с пустыми комнатами. Оно связано с тем, что вы несёте в себе слова, которые не можете произнести вслух. И правду, которой не можете поделиться. Исцеление — учиться говорить о самом важном, чтобы больше не быть с этим наедине. Это работа над тем, чтобы позволить себе быть увиденным и принятым таким, какой вы есть на самом деле. К.Г. Юнг Далее развитие моей мысли 💭 привело к тому, что это возможно лишь частично. Скорее всего, ни с одним из людей, человек не может разделить себя полностью. Всегда ты будешь соприкасаться с другими какими-то своими гранями, сторонами и отдельными мыслями или взглядами, но не полностью собой. Что это чувство внутреннего одиночества и подпитывает. Может поэтому часто мы притягиваем таких разных людей в свое поле, потому что человек сложен и многогранен и порой даже сам не знает себя даже наполовину, а потому с разными людьми мы разделяем разные формы себя. Иногда от не знания себя или даже из чувства самосохранения, мы замыкаемся на какой-то одной роли себя, потому что так проще отразиться в других. И эту роль выставляем напоказ, хотя на деле каждый из нас это полотно, сотканное из разных ролей, мыслей, поступков, интересов, граней души, сложности или легкости личности и вообще жизненного опыта. А потому, мне кажется, иногда ощущать такое одиночество нормально? Это как сигнал, что ты больше, шире и сложнее, чем все то, что уже смог показать и рассказать о себе миру.
Вчера были на спектакле с пометкой 12+ Багдадский вор и черная магия в театре им. Маяковского. Красиво, красочно, музыкально и простовато. Детям понравилось. Я бы правда поставила ему 6+ возрастное ограничение, а не 12+. Потому что это явно детский спектакль, а не подростковый 😖 Неудачно я подобрала билеты для нас. А хочется уже с детьми сходить на что-то больше на подумать, а не развлекательное. Но если у вас дети мелкого возраста, то можно сходить. Восточный колорит не усыпит точно))) Завели вчера с детьми разговор о насмотренности: что важно ее в себе развивать, как и начитанность, потому что ты не будешь очаровываться простыми вещами и фразами, тебе будет хотеться идти дальше, в глубину. В каком-то смысле это качество даже искореняют наивность, которая свойственна нам от не знания. Хотя с сестрой недавно мы обсуждали другую грань этого «опыта»: тебя становится сложно удивить и впечатлить. И ты будто бы меньше получаешь эмоций от простых вещей и простых проявлений жизни…
Куда делась моя любовь к минимализму Отвечу на один из самых популярных вопросов. Я долгое время считала себя сторонницей минимализма, кто со мной давно, отлично знают это. Мне близка идея не покупать лишнего, использовать вещи до конца и осознанно выбирать то, что попадает в дом. Это до сих пор часть меня — я не люблю хаос, не стремлюсь к избыточности и всегда задаю себе вопрос: «А правда ли мне это нужно?» Но в какой-то момент я заметила, что само движение минимализма стало вызывать у меня отторжение. В популярной его версии есть что-то холодное, почти бездушное. Эта идея — выбросить старые фотографии, сервиз от прабабушки, статуэтку, которая пережила несколько поколений — вдруг показалась мне странной и даже опасной. Ведь это не просто вещи. Это связь между прошлым и настоящим, память о семье, корнях, история, вплетённая в наш дом и в нас самих. Когда мы всё это выкидываем ради «чистых поверхностей» и идеальных картинок, создаётся ощущение, что минимализм работает не только против беспорядка, но и против человеческих связей. Он как будто говорит: «Ты — сам по себе. Твоё прошлое не имеет значения». А экстремальный минимализм и вовсе кажется мне болезнью — когда люди соревнуются, у кого меньше вещей, так же, как шопоголики соревнуются в количестве покупок. Просто другой полюс одной и той же зависимости. Сегодня я вижу истину посередине. Дом — это не музей и не склад, но и не стерильная пустота. Если кому-то радостно иметь двадцать вазочек на одной полке — пусть так. Если кто-то счастлив с тремя предметами мебели — тоже хорошо. Важно, чтобы это было твоим выбором, а не модой и не чужой философией. В итоге для меня больше нет «правильного» или «неправильного» количества вещей. Есть только одно — мое пространство, в котором мне тепло и спокойно.
