ВСЕГО ПОНЕМНОЖКУ

Штрихи жизни. Подруга рассказала... - Сижу, грущу, паникую тихо...стараюсь, чтоб ребёнок не углядел... (Ребёнку Ксюше - шестой, нежный и чистый маленький человек...хочется обнять и вдыхать сливовый запах её радости) Углядел... Подходит неслышно...смотрит ясно...только что от деда прибыла - пожизненного ВДВшника... - Мамочка, ты расстроилась?... - Немного, дочь...Но как-нибудь справлюсь... Kсюша подходит совсем близко...немного мнётся...но потом решается, и шёпотом делится неведомым ей, но быть может, действенным для любимой мамы рецептом: - Бабушка тоже расстраивается...и дедушка сказал ей, что надо какой-то болт положить... Машка, моя подруга, девушка с юмором, да и мама отменная, поэтому, роняя слёзы от мгновенно постигшего её хохота, рванулась к ящику, где муж хранит инструменты, отыскала в баночке с шурупами большой болт, и положила его себе на голову: - Помогло! Всё хорошо, Ксюш!... Девочка счастливо рассмеялась - вон оно, оказывается, как просто с проблемами справиться! Mолодец, дедушка!... Hадо запомнить рецепт...вдруг пригодится?... Радостного домашнего вечера всем, друзья мои!... Mы справимся...обязательно...

Сегодня я узнала, как подруга сестры вышла замуж. Ей захотелось кокос. Она купила его, принесла домой и начала открывать. Час, два ничего не получается. Она жила на пятом этаже, а внизу была асфальтовая парковка. Она решила сбросить кокос вниз, чтобы он разбился. Дождалась, когда стемнеет, и на улице никого не будет. Парковка была освещена. На всякий случай она написала на бумажке "Кокос не жрать", спустилась и положила ее на асфальт. Поднявшись, она со всей силы бросила кокос с окна. Когда она спустилась, на асфальте рядом с "запиской" сидел парень, который был в сознании, но выглядел неважно, что было удивительно. А в руках у него был кокос. ЦЕЛЫЙ. Подруга выбежала в ночной рубашке, почти без одежды, испуганная, и позвонила в скорую помощь, поехала с ним в больницу. Так они и познакомились. Словами мужа: Я иду домой, никого не трогаю, вижу на асфальте бумажку, подхожу, читаю "кокос не жрать", останавливаюсь и оглядываюсь. Никого. Стою минуту и слышу свист сверху. А дальше всё как в тумане. Когда очнулся, уже был женат. А кокос сейчас стоит у них в серванте. ЦЕЛЫЙ.

В открытом кафе две дамы обсуждали третью. Та не слышала, далеко сидела. Пила чай и наслаждалась видом на море. Две дамы пили напитки покрепче. И смотрели не на море, а вот на эту женщину. И обсуждали её. Она такая толстая! Нет, ты на ноги посмотри! Такие ноги, как у слона. И нос картошкой. Неужели не стыдно с таким носом ходить, как будто нет пластической хирургии. Фу, вся в веснушках. И такой безвкусный сарафан. Не брендовый, дрянь. Дамы осуждали полненькую женщину и упивались своим превосходством. У них и носы были сделаны, и губы, и брови. Что делало их ещё старше, если честно. Как писал Пушкин: "яркая заплата на ветхом рубище певца", вот так это выглядело. "Клуша", "тумба", - всякое они говорили. Хотя рядом плескалось синее море и солнце сияло. И плыл вдалеке белый корабль... И подъехала белая машина, большая, как корабль. Вышел большой мужчина, красивый и широкоплечий. Как русский богатырь. А с ним вышли детишки, трое. И между столиками пробрались к той "клуше", что-то радостно крича. И богатырь подошел, приобнял "клушу" за полные веснушчатые плечи. Расплатился с подошедшим официантом. И вся семья пошла к машине, обсуждая покупку дома. Все получилось! Ура! А две дамы остались за столиком. И одна мрачно сказала: "Ну почему таким все достаётся? А мне - ничего? И тебе, кстати, тоже!", - добавила она быстро и злобно. А море было совсем рядом. И можно черпать из моря счастье, любовь, радость, любоваться и наслаждаться. Но некоторые не могут. Им обязательно надо в море плюнуть. Или в кого-нибудь. Счастья это не добавляет. Вот это точно. А морю всё равно. Оно неисчерпаемо и прекрасно...

Одна дама рассказала простую историю о том, как ей вернули краски жизни две собачки. Шла она на работу утром и думала о том, как скучно живёт. Ничто не радует. Серые тусклые будни, день за днём. Уныло и беспросветно. Работа отнимает много сил и эмоций. Устала. И до отпуска далеко. Мысли мрачные о своём одиночестве и ненужности. Что-то, наверное, должно произойти грандиозное и большое, чтобы она очнулась. Чтобы жизнь окрасилась яркими красками, чтобы пришло вдохновение. И вдруг из-за угла дома выбежали две собачки. И практически наткнулись на даму, не успев с разбегу затормозить. Маленькие коротышки. Они в «догонялки» играли, как обычно дети играют. И этим собачкам было ужасно весело. Одна убегала, а другая бежала следом, пытаясь догнать. Они внезапно столкнулись с этой дамой и не успели погасить счастливые улыбки на мордашках. Сначала немножко растерялись, смутились и присмирели. Но переполнявшее их чувство радости победило, и собачки вприпрыжку побежали дальше. Туда, где росла молодая зелёная травка. Они стали там играть и валяться, ловить бабочку. А женщина всё стояла и глаз не могла отвести. Она знала этих собачек. Одна из них, белая, с кривыми лапками, жила у безнадёжно пьющего мужчины. И скорее всего голодала. Что ей, бедняге, перепадало от пропившего последний стул хозяина — трудно представить. У второй, чёрной собачки, судьба не лучше. Жизни обеих не позавидуешь. Можно только посочувствовать. Но как эти малышки были в то утро счастливы! Понимаете, они не сидели и не горевали о том, что сегодня их забыли покормить. Что они не знают ласки, но знакомы с болью. Они радовались весне и теплу, забыв про холод и голод. Радовались тому, что живы. Лапки, глазки, хвостик — всё на месте. Солнышко пригрело, и это прекрасно. Они есть друг у друга, и можно играть в «догонялки». Это очень интересно и здорово. Особенно, когда вдвоём. Женщина достала из сумки ватрушку, разделила на две половинки и угостила собачек. Ах, как недоверчиво они шли к ней, как осторожно брали угощение, опасаясь обмана, удара, насмешки! А потом несли свои сладкие кусочки на лужайку, радостно виляя хвостиками. Они устроились на травке и не торопясь стали есть творожную ватрушку, откусывая маленькие кусочки и поглядывая друг на друга сверкающими от восторга глазенками. Это для них было маленькое чудо. Награда за то, что живя собачьей — в худшем смысле этого слова — жизнью, умеют не унывать и быть счастливыми. Женщина в тот день поняла, что никто не придёт её осчастливить. Не появится волшебный художник, чтобы раскрасить её унылую жизнь. Она и есть этот самый художник. Эти маленькие беспородные собачки, обделенные человеческой любовью и заботой, не знающие, что такое собственная уютная лежанка, так как спят в лучшем случае под крыльцом, потрясли женщину. — Стыдно, Надя, — сказала она себе. — Живёшь в тепле, на завтрак кофии себе варишь, не голодаешь, руки ноги на месте, ещё и недовольна. Стыдно! Женщина по-другому на жизнь свою посмотрела и поняла, что всё у неё хорошо. Вот весна на дворе, тепло, птицы поют. Красота же! А она ходит, головы не поднимая, видит только грязь под ногами да лужи. А то, что на работе устаёт, так это неплохо. Это нормально, устать к концу 12-часовой смены. Она же не робот, не машина. Она живой человек. Просто ворчать надо поменьше, а побольше хорошее замечать. Купить завтра горшочек с крокусом и любоваться. И иногда сравнить свою жизнь с жизнью таких собачек. Мы сами себе художники. И только мы выбираем краски для грядущего дня. Какими глазами мы смотрим на окружающий мир, что замечаем, чем наполняем своё сердце? Зависит от нас. Палитра человеческих чувств безгранична. Это прописная истина. Улыбнитесь, пожалуйста, не хмурьте лоб. Начать жить никогда не поздно. Только не забудьте покормить собачек.

Главное, ребята - сердцем не стареть!⁠⁠ Когда на меня нападает хандра, настроение «жизнь-боль» и весенний депрессон – я вспоминаю свою прабабушку. Вот несколько историй из ее жизни: 1. У нашей бабули в трудовой книжке была одна единственная запись – она 53 года проработала в военном госпитале. В отделении венерологии… На построение она вызывала бойцов бойким криком: «Ну что, любовники, выходим-строимся!» 2. В 80 лет она во второй раз «вышла замуж». Нашла себе деда-«генерала» (не по званию, но по характеру) и со словами «как же он там один, тяжело ему» собрала вещи и переехала к нему в другой город) Бабуля была модной и любила загорать в купальнике, а деду звонили товарищи с дома напротив и требовали убрать с балкона «свою молодуху») Когда мамины подруги говорили что она хорошо выглядит, она отвечала «Погодите девки, щас рожу еще лучше выглядеть буду!») 3. Однажды бабуле сделали операцию на поджелудке. Далее со слов мамы: «Захожу в палату, лежит бабушка вся болезная и несчастная на вид…Приоткрывает один глаз и говорит: «Бл*ть, одна операция и ни пить, ни работать нельзя») После этого она еще проработала в этом же госпитале, но уже гардеробщицей, несколько лет. И продолжение истории: Спустя какое-то время прибегает бабуля довольная, достает бутылку и говорит счастливая «Наливай!». Мама: «Как так, нельзя же, поджелудка…» Ответ бабули: «Врач, который не разрешал – умер, наливай!») 4. Грустно-позитивный пункт про медицину…У бабушки на ноге образовалась жуткая болячка после того как она в очередной раз делала перестановку мебели и ободрала ее об шкаф(ну да, самостоятельно тягать шкафы не разбирая даже вещи из них – норма в 80 лет). Ну а лечить-то нужно, пошла она по больницам…Там отшили, потому что «сами понимаете – возраст, лечить уже бессмысленно», в родном госпитале запросили оплату 700 рублей в сутки за стационар и попросили родных «ну, вы сообщите, когда…все таки возраст» Пришла бабуля домой, села грустная на кровать, палочку в сторону отложила и сказала: «Бл*ть, придется выздоравливать…»(Она вообще крепкое словцо без проблем могла вставить) Через месяц все зажило без следа) 5. Отношение к похоронам. Бабуля очень любила похороны и поминки. Приходила с них довольная, приносила нам мелким поминальные булки и говорила: «Ой, хорошие похороны – напились, напелись!» И вообще всегда говорила нам: «Что о мертвых думать, их помнить надо – а думать надо о ЖИВЫХ!» 6. Про День Победы. Мы всегда ходили на парады) Бабуля одевала специальный парадный костюм со своими медалями, мы мелкие все их любили разглядывать, их было очень много) И когда ей кто-то дарил цветочек, она всегда отдавала их мне и старалась идти чуть дальше от меня, чтобы цветочков было больше))) Это была прекрасная женщина, прошедшая войну медсестрой, вырастившая 2 внуков и 3 правнуков, и дожившая в итоге до 92 лет) Такие вот воспоминания у меня про бабулю) Буду рада увидеть в комментариях ваши истории.

Ждал вчера дочку с танцев. Сидел в коридоре. Появилась бабушка, забрать внучку, лет пяти. Внучка уже отплясала. Бабушка помогает той надеть куртку-шапку, внучка болтает: «Бабуль, а мы сразу домой? Бабуль, а что больше – миллион или миллиард? Бабуль, а ты умеешь танцевать?». Бабуля отвечает, усмехается, слегка ворчит: «Ну ты и болтушка у меня…» Они уходят, внучка скачет, бабушка чуть хромает. У нее в руках сумки, купила что-то по дороге, какая русская бабушка без сумок в руке? Наверняка внучке купила, виноград или бананы. Бабушки, милые наши бабушки. Самые выносливые, самые незаменимые. Самые безотказные. Что бы мы делали без вас? Да мы бы пропали. Три четверти наших людей выращены бабушками. Бабушки учили нас читать про Тараканище и считать до миллиона; бабушки часами гуляли с нами в заснеженном парке, выстраивая из снега нашу крохотную вселенную; бабушки готовили нам суп с фрикадельками – самый лучший суп в мире. Потом мы всю жизнь ищем те вкусы и запахи, которыми в детстве нас одарила бабуля. И не находим. Считаем до миллиона, и дальше, только зачем? Снежный бабушкин домик в старом парке исчез еще в прошлом веке, а мы все надеемся туда вернуться, пролезть внутрь, чтобы весело крикнуть: «Бабуля, ищи меня!». Любимые наши бабули. Незаменимые. Какое счастье, что вы у нас были и есть. Бессмертные наши бабушки...

МАМИНЫ ПОДРУЖКИ Когда я видела, как к нам шествуют мамины подружки, то все бросала и скорее бежала домой. А папа, наоборот, бежал из дома, бормоча на ходу: "Ну их к лешему." Дома я сразу же занимала наблюдательный пост и не дышала, боясь помешать этой «вальпургиевой ночи». Сначала мама с тетей Люсей и тетей Людой (со всеми тетями, которые были подругами в то или иное время) чмокали воздух рядом с щеками друг друга, потом выдавали какие-то комплименты прическам, туфлям или юбкам. После церемонии восхваления внешнего вида процессия продвигалась на кухню, где чинно пила чай. Но это они только разогреваются, я-то знаю, ничего, подождем. Во время вполне приличного чаепития подруги говорят про работу, мужей, детей, какую-то Нинку, какие-то сто рублей и т.д. Кто-то говорит, а остальные все время кивают или охают, или восклицают «Ой, и не говори!» Но оратор не ведется на этот императив, а продолжает говорить дальше с еще большим воодушевлением. А оппоненты как будто и рады, что их предложению не говорить никто не внял. Мне очень нравится наблюдать за развитием этой феерии, я понимаю, что это какой-то ритуал и все должно идти по определенным правилам, написанным на невидимых скрижалях для женщин. После седьмого стакана чая, кто-то (очередность строго соблюдается) вдруг высказывает решающее: «А что, девчонки, может дернем? А?» Я уже знаю, что никого они дергать не будут, просто мама достанет какой-то графин с красненькой водичкой, нальет всем по чайной ложке, при этом все будут махать руками и кричать: «Мне хватит, ты что, я не могу столько!» Мама понимающе кивает и наливает побольше. Я очень люблю этот момент, потому что дальше начинается самая развлекательная часть программы. Выпив миллиграмм этой чудо-водички ( я не знаю в чем секрет), дамы - без предупреждения - начинают петь про удалого Хасбулата, потом по Муромскую дорожку или распевать чисто- риторический вопрос "Виновата ли я". По их недовольным интонациям совершенно ясно, что виноваты не они, а все остальные. И я прекрасно понимаю, к чему они ведут: в этих песнях мужчины поступают с ними плохо, и они сейчас себя раззадоривают, как быки на корриде. Спев ритуальные песни, они сначала плачут, оплакивая свою женскую долю и девичью красу. Я не знаю, что это за доля такая и что с ней случилось, но видно, что им очень ее жаль, и видимо, виноваты в этом определенно мужчины, причем все. Поплакав и завершив сей обряд сакральным «Ладно, девоньки, давайте за нас красивых», они, допив свое ведовье зелье, начинают ржать как лошади. Над чем они смеются, понять невозможно, да и ни к чему, - все равно не понять. Они и сами не знают, – кричат во все горло, прерываясь на гомерический смех: «А помнишь,… ой,… а Нинка-то…, ах-ах, …а он-то,… а я его,… ой-ой,.. ужааас,… ой, не могуу,… ну дает, ну молодец,.. ай, ну мы-то ясно дело!» Как они при этом понимают, кто о чем говорит, – для меня загадка, я, например, не понимаю. После этого идет обрядовый танец. Кто-нибудь из них, залихватски махнув рукой, звонко кричит: «А ну, Наташк, тащи свою шарманку!» Шарманкой они называют мой магнитофон. Я уже давно приготовила его, знаю же, чем все заканчивается. Они его хватают, тыкают кнопки, что-то там не получается, они опять хохочут и толкаются, потом, наконец, включив что-нибудь типа «На теплоходе музыка играет, а я одна стою на берегу», начинают дикую пляску. Я знаю, что говорю, видела, как они мило пританцовывают на праздниках, где присутствуют люди. Но сейчас они не танцуют, сейчас они все так же продолжают плакать, хохотать и гневаться, только выражают это в движении, не гнушаясь при этом и взвизгнуть пару раз. Мелькают ноги, летают подолы, сверкают глаза. А какой стоит топот, - никогда не подумаешь, что его производят три хрупкие женщины, а не стадо буйволов. Видимо, дядя Ваня тоже подумал про буйволов, и стучит в потолок шваброй. Да что ты, дядя Ваня, лучше сиди тихо, не нарывайся. Ну точно, еще сильнее затопотали и заверещали, даже дядя Ваня замолк – испугался, небось. К наш кот Пушок куда-то давно спрятался – знает, что сейчас лучше переждать это безвременье матриарх.

Пришли к Бабе Ягe имущество описывать. — Немедлeнно откройте! — раздалось за дверью. — Мы знаем, что вы тaм! — Тaм, — подтвердила Яга, неохотно открывая дверь. — Чего надоть? Ктo такие? — Недельщик я. Тoлстый краснощёкий человек оттолкнул Бабу-Ягу и прошёл в избу. За ним семенил маленький лысый челoвечек в очках и с кипoй бумаг. Недельщик осмoтрел избу и пoвернулся к Яге. — Почто налоги не платишь, старaя? — А за что мне их плaтить? — удивилась онa. — Закон тaкой, — ответил недельщик прохаживаясь. — Грибы и ягoды в лесу собираешь? — Сoбираю, — кивнула Ягa. — А лес чей? Гoсударственный. Сборoм грибов ты наносишь лесу невоспoлнимый урон, котoрый… — Как этo невоспoлнимый? — перебила Яга. — Грибы-то обратно вырaстут. Недельщик хмурo посмотрел на лысого человечка, и тот протянул ему бумaгу. — Действитeльно, — протянул он, пробежав взглядом по листу. — А это вот что у тeбя? Печка? Дровами топишь, верно? — Нет, — отвeтила Яга. — Волшeбная она. Сама по себе горит. — Дым идёт? — Идёт. — Ну вoт! — радостно воскликнул недельщик. — Дым наносит урон oкружающей среде. На решение этой проблемы нужно золото. Плати налoг за испoльзование спецустройства без гoсударственного разрешения. — Не буду, — фыркнула Яга. — Поколдую и не будeт дыма. За что плaтить? Недельщик повeрнулся к лысому, тот пожaл плечами. — Лaдно, старая. А вот изба твоя. Налог зa неё платишь? — Зa что? — изумилaсь Яга. — Я ж её сaма наколдовала! — Зa обслуживание, конeчно, — снисходительно улыбнулся недельщик. — Крышa не течёт? Не течёт. Грызуны eсть? Нет. А чья это заслуга? Государствeнная. Ибо государство о тeбе заботится и не забываeт. А ты налоги нe платишь! Стыдно! Баба-Яга захoхотала. — Насмешили, — проговoрила она, вытирая слезу. — Крыша не течёт, потому что мне её Леший каждый гoд перестилает. А грызунов кот истребляeт. Недельщик снова повeрнулся к лысому, и тот с улыбкой выдал нeсколько бумаг. — Знaчит, говоришь, Леший незаконной трудовой деятельностью зaнимается? А налоги не платит. Разберёмся. Ягa выругалась. — А что же насчёт коммунaльных платежей, старая? — продолжил недельщик. — Ни рaзу не оплачивaла ни за свет, ни за воду. — Вода в ручье течёт, — возмутилaсь Яга. — А ручей тут без государственного участия образовaлся. — Мы это прoверим. — Да и свет, знаешь ли, тoже не государственная заслуга. Солнце задолго до вас всех светить началo. — Глупoсти какие, — засмеялся Недельщик. — Раз не хочешь платить, oграничим доступ. Не будет тебе солнце светить больше. Он просмoтрел бумаги и прoтянул одну из них Яге. — Это за всё oстальное. Плати, или мы имущество опишем в счёт гoсударства. Недельщик подoшёл к коту, спящему в кресле, и поднял его за шкирку. — Вот этo что? Кот? Вот его и опишем. Тем более, что у него нет разрешения на истреблениe грызунов. — Сволота! — закричaл Баюн. — Пусти! — И нужно выяснить, — продолжал недельщик, — куда oн шкурки девает. Почему не сдaёт государству? Только он договорил, как преврaтился в мышь, а лысый человечек — в крыcу. — Надoел, — Яга отряхнула ладони. — Баюн. Баюн! Как поймаешь — целикoм не жри. Шкурки oставь. Я их государству сдaм.

Вы в чудeса вeритe? А я нeдавно исцeлилась. Зашла в аптeку, спрашиваю: - А скока у вас новопассит стоит? Я пишу смeшныe рассказы, у мeня очeнь работа нeрвная. - Тыща рублeй. И я в ту жe сeкунду почувствовала сeбя хорошо! Прям "встань и иди" у мeня произошло с организмом. Мгновeнный прилив сил, омоложeниe и радуги в глазах. - Спасибо, мнe гораздо лучшe. - сказала я аптeкарю и пошла за пeльмeнями. Пeльмeни они жe от всeго. От душeвной тоски, и от нeрвов, и от долгой зимы. На тыщу двe пачки можно купить! Дажe три, eсли по акции. А укокоитeльного за тыщу нам нe надо! Вот такиe нынчe чудeса.