Ирина Маргулес

Когда мой обожаемый сын ещё не был волосатым орангутангом, а был нежным ангелом, я любила своего мужа и идею семьи, как таковую. Поэтому беспрекословно посещала все праздники и мероприятия, которые устраивала моя свекровь. Удовольствие было, надо сказать, ниже среднего, значительно ниже. В очередной ДР, среди тошных теток, случилась одна, нетипичная для той компании - в лице явно читался потомственный ум-интеллект, и была на ней печать хоть и позабытой, давно не актуальной, но избалованности. Поэтому, когда она пошла курить, я увязалась за ней...

Нынче пили с девочками чай, на работе. Мирно щебетали и чирикали. Но разговор ни о чем, как и должно быть между девочками, свелся к тому, что начали выяснять, кто круче, т.е. кого сильнее любят. И поэтому стали возвышенно и вдохновенно говорить о прекрасном, а это значит - о ювелирном. Растопыривали пальцы, выворачивали декольте и ушные раковины... Все очень красиво, и очень богато. Но для моего самурайского сознания – ту мач. И поэтому я молча ела печеньки, а потом так же, молча, отвалила трудиться...

И очень жёсткая. Основные законы стаи - здесь, в дальнейшем они просто опознаются, причем по малейшим признакам. В своем детском саду я была «местная звезда». Я умела быстро читать, я вечно где-то выступала, и у меня был кордебалет подружек-подпевалок, и мальчишки часто звали меня играть с ними в войну, изображать санитарку, а это была великая честь, надо сказать, и я иногда соглашалась ради белой сумочки с красным крестом. Мне было пять лет, и в ту зиму я сломала руку. Когда, наконец, привели в...