Горшочек, вари!

Пока в шурупах есть прорези для отвертки. По дороге на работу Митя привычно рассматривал родные пейзажи. Этой дорогой он ходит на работу уже 20 лет. Старые клумбы, в памяти хранится каждый цветочек. Лавочки со слезшей краской по пути, утром на них, конечно, никто не сидит. Все торопятся в школу или на работу. Вот и дети рядом идут, повторяют материал, готовятся к самостоятельной работе. А какие-то уставились в телефоны и не разговаривают друг с другом. Удивительные существа эти дети. Но сейчас не об этом. Вот знакомый поворот, Митя уже на пропускном пункте. Масса пролезает через турникеты, кое-как впихиваясь на территорию завода. Все такие одинаковые. По пути в цех кому-то махнёшь рукой, кому-то кивнёшь головой. Переодеваешься в рабочую форму, проходишь к станку. «О, вот и ведро шурупов. Как и всегда, ровно в 9. Ровно ведро. Ровно справа. А слева ведро пустое, чтобы туда класть готовые изделия. Ну, поехали, что ли.» День проходит, справа ведро опустело, а слева наполнилось. На месте гладких головок теперь красуется ровная прорезь. Дело сделано. И Митя, довольно оглядывая масштаб своей работы, улыбается своим мыслям. «Сегодня я славно потрудился. Пора и домой пойти.» Он собирается, переодевается и уходит той же дорогой, что и пришел. Вечер сменяется ночью, ночь сменяется утром. Митины дни так и проходят за его привычным делом. Его работа важна, он ведь делает прорези для отвёртки в шурупах. А в один день, Митя будет напевать себе под нос песню, услышанную по радио: —Мне никто не указ, да и сам я себе не указ. Доверяю лишь левой руке, маршруты рисуя. Ну, а тот, кто указ, он не больно-то помнит про нас. Да и мы поминаем его в беде или всуе. Шуруп выпадет из рук Мити. Это будет его первый плохо сделанный шуруп, с двумя прорезями для отвёртки… Митя уволится с завода и начнёт работать то грузчиком, то водителем, то таксистом. Митя попробует заняться ещё чем-то, кроме своего привычного дела. И у Мити всё получится, конечно, получится! А пока он снова идёт на работу…

Как я встретил твою маму. Вы уже в курсе, что когда я попал к Стиву и Дженис, они уже были в отношениях? Да, я думал, что они почти не знакомы на тот момент, когда случилось наше знакомство. Однако, всё оказалось совсем не так. Я сейчас вам расскажу. В общем, утром я как всегда понёсся в спальню, чтобы разбудить дремлющих влюблённых, но в кровати была только Дженис. Меня это сразу смутило. Неужели Стив ушёл куда-то, а я даже этого не слышал? Непорядок. Этот слон не умеет так красться… Мои мысли прервал грохот на кухне. Ну конечно, там был Стив. Он приготовил красивую яичницу, от которой исходил прекрасный запах. Рядом была кружка кофе, цветы. Всё это Стив поспешно располагал на подносе, нервничая. Я увидел его трясущиеся руки и сам стал тревожно возить хвостом по полу. Стив потрепал меня по ушам в приветственном жесте, приложил палец к губам, показывая, чтобы я был тихим, а потом отправился вместе с подношениями будить Дженис. Она утром была обычно очень недовольной всем, чем попало. Я хвостом направился за ним. —Дорогая, просыпайся. С праздником тебя,—стал шептать Стив, поглаживая по плечу любимую женщину. —Стив, девять часов, я убью тебя…,—недовольно пробормотала Дженис. Но она всё же сменила гнев на милость, когда почувствовала запах кофе. Брюнетка открыла глаза и присела на кровати, подтянула Стива к себе и… Ну тут я ничего не видел! Отвлёкся на мячик, который пискнул у меня под лапой. Они со смехом оторвались друг от друга и Дженис погладила Стива по волосам. —Спасибо. Тебя тоже с праздником. И она так светло и тепло улыбнулась, что у меня у самого что-то растаяло в сердце. Оказывается, этим загадочным праздником была годовщина знакомства Дженис и Стива. Они не отмечали день «когда они вступили в отношения», а любили именно этот. Чуть позже, когда Стив и Дженис достали фотографии в гостиной, я услышал эту занимательную историю. Они учились в одном университете, но никогда до той самой вечеринки не встречались. Друзья их были знакомы, поэтому при удобном случае представили девушку и парня друг другу. Дженис сначала подумала, что Стив обычный «романтичный дурачок» по тому, как он смотрел на неё весь вечер. А Стив долго не мог решиться на личное общение с такой «неприступной и холодной девушкой». Набравшись смелости спустя неделю знакомства, Стив пригласил Дженис в кино. Они отлично провели время, а в конце встречи она чмокнула его в щёку. Сконфуженный парень простоял ещё пять минут на том же самом месте совершенно без движения! Потихоньку, по сообщениям, по звонкам, по коротким и длинным встречам они в определенный момент всё-таки перевалились за статус «друзей». И уже 4 года живут в доме, из них 3 года и 7 месяцев со мной. Вот так вот, друзья. У нас сегодня праздничный ужин, так что я побежал, ещё увидимся!

Дождливое утро дома. Утро встретило меня грозой. Я как обычно спал в гостиной на своей лежанке. Вид там был просто королевский, как раз напротив панорамных дверей в сад. Так что стучащие по стеклу капли и грохот грома сразу же разбудили меня. Стив и Дженис ещё спали, да и я понял, что гулять мне сегодня проситься бессмысленно. Я решил просто забежать к ним и погреться рядом. Обычно Дженис выгоняла меня из постели, но может сегодня она смилуется, ведь там так страшно… Я остался напротив кровати со стороны Стива. Тот безвольно распластался на постели в отличии от Дженис, которая скромным комочком лежала на другой стороне, завёрнутая в одеяло. Сначала я просто опёрся лапами о матрац, уткнувшись мордой в руку Стива. Но он не обратил на меня никакого внимания, так что пришлось немного потолкать его лапой. «Ну же, давай, просыпайся, Соня» Стив стал ворочаться и медленно открыл глаза. —Роджер…на улицу? Я помотал головой и, когда Стив собрался менять положение и освободил уголок кровати, я резко прыгнул на него. Кажется, я смог вышибить из Стива дух. Он был таким смешным, вроде улыбался, а вроде задыхался. Но всё обошлось, не волнуйтесь. —Ты решил поспать немного с нами, малыш?—Стив стал гладить меня, а я утвердительно пискнул. Дженис услышала это и сразу недовольно заворчала, побольше кутаясь в одеяло. —Роджер, уйди с кровати. Стив…Или вы пойдёте вместе,—она нахмурилась и зевнула, поджимая колени к груди. В это время Стив сдвинулся ближе к Дженис, оставив место Роджеру, и обнял её со спины. —Там гроза, Роджер хочет поспать с нами,—заговорщически начал Стив, уткнувшись в макушку Дженис. Она не стала больше возражать, заснула снова. Скоро стал храпеть и Стив, поэтому я просто вольготно устроился на его половине кровати и тоже задремал. Утро было ленивым, прекрасным, серым, сонным, красивым, уютным, тёплым и добрым. И это ещё далеко не все эпитеты, которые бы подошли к нему… Это было просто дождливое утро. Но Стив и Дженис сделали его для меня незабываемым.

Пластинки Стива. —Ты вечно разбрасываешь эти коробки по всему дому! Я уже много раз тебя просила выкидывать их сразу, как только распакуешь. —Ты же знаешь, это коллекционные, я потом вырезаю лицевую сторону и храню их. Скоро я уберусь, только дай дослушать, пожалуйста. —Тебе бесполезно говорить. Наш порядок для тебя вообще не важен. Важны только эти пластинки! Уже кучу здесь навешал, скоро пустого места не останется. А остальные под столом лежат. Когда я сижу там и работаю, мне ужасно неудобно. Прошу, Стив, отвлекись и прислушайся ко мне,—Дженис перешла на мольбы, уже обессилено опустив руки. Последнюю фразу она и вовсе произнесла на выдохе. Но Стив продолжил с методичной аккуратностью протирать детали проигрывателя, даже не повернув головы в её сторону. Я лежал рядом и смотрел на все это зрелище. Сначала оно меня немного напугало, потому что Дженис вообще редко повышала голос. Проигрыватель совсем меня не пугал, я уже привык к музыке, которая выходит из этого странного предмета. Но Стив выглядел каким-то слишком отстранённым, поэтому она, наверное, и обиделась. Дженис окончательно расстроилась от такого исхода разговора и вышла из комнаты на кухню. Я побежал за ней, покинув Стива на время. Прижавшись щекой к её бедру, я заскулил, пытаясь показать ей свою поддержку. Она осторожно погладила меня по голове, задумавшись видимо очень глубоко. Она смотрела в одну точку перед собой и молчала несколько секунд, а потом прошла на диван и взяла книгу с кофейного столика. —Пусть ужин сам себе готовит,—прошептала она себе под нос, нахмурив брови. По правде говоря, скоро её раздражение сошло на нет, она стала спокойно читать книгу, а я лежал рядом и своим присутствием поддерживал её. Всё-таки беспорядок в комнате со столом мне тоже не очень нравился. Я постоянно боялся наступить на какую-нибудь хрупкую пластинку на полу. Или истоптать грязными лапами коробку. Стив бы расстроился. Вечером мы с Дженис отправились гулять. Точнее, я гулял, а она бежала рядом. Очевидно, пытаясь ещё разок прожить негативные эмоции и немного облегчиться, чтобы не оставлять на сердце неприятный осадок. Стив остался дома, больше он не выходил из комнаты, после того, как Дженис ушла. Когда мы вернулись, свет в коридоре был выключен. Только какой-то слабый огонёк горел на кухне. На подоконнике стоял проигрыватель: красивый и явно приведённый в божеский вид ради демонстрации своих способностей. На нём крутилась “Can’t help falling in love”, Стив стоял около кухонного стола в рубашке и брюках. С галстуком он, очевидно, не смог справится без Дженис. Ой, хотел вам сказать, галстуки такие смешные! Длинная верёвка, ещё и разная с двух концов. Галстуки бывают с красивыми узорами, полосками, разных цветов. Я часто таскаю галстуки из шкафа Стива, правда потом часто запутываюсь в них лапами и Дженис помогает мне распутаться. Ну так о чём я. Дженис, конечно, застыла в дверях с удивленным выражением лица. На столе была лазанья, две тарелки, приборы, свечи, красивая скатерть, вино и огромные бокалы. Она не смогла устоять, подошла к Стиву и крепко обняла его, а он улыбнулся. —Прости. Ты можешь мне не поверить, но я убрался… Дженис покачала головой: —Это неважно. «Неважно??? А почему же вы тогда поссорились? Дайте-ка посмотреть, что там он убрал!» Я побежал в открытую комнату и остановился посередине, в центре ковра. На полу больше не валялись части коробок, под столом поселился огромный ящик с несколькими полками, на котором ровно, в алфавитном порядке, стояли в ряд пластинки Стива. На стенах тоже всё упорядочилось. Остались только самые дорогие и коллекционные экземпляры, прочее перекочевало в ящик. «Ну Стив даёт!» Я вернулся в кухню и застал Стива и Дженис, кружащимися под Элвиса в медленном танце. Стив обнимал Дженис за талию, было совершенно всё равно, что он нарядился в рубашку и брюки, а она даже не переоделась с пробежки. Дженис устроила голову на плече Стива, прикрыв глаза. «Да, любовь - это красиво!»