Мирка Иванович

Через забор строящейся поликлиники для железнодорожников, что располагалась недалеко от вокзала послевоенного города, перелетела довольно упитанная ворона и села на верхнюю ветку старого тополя. С обратной стороны строительной площадки через недавно поставленные, но уже забрызганные комьями грязи ворота во двор вкатила полуторка, управляемая молодым шофёром Тимофеевым. Ворона смотрела по сторонам и резкими движениями хвоста демонстрировала своё доминирующее положение. Тимофеев, подпрыгивая всем...

Вырвавшись в обед из города, заехали мы втроём: я, следователь Петя Юрков и программист Аркадий Иващенко — в жуткую глухомань, так что не брали ни интернет, ни телефон, ни радио. Жара под сорок, несмотря на скорое наступление вечера. Караси, задыхаясь, плавают по поверхности заросшего пруда и хватают воздух губами. Ни облачка, ни ветерка, степь на километры вокруг, делать нечего, только закусывать, загорать и развлекать друг друга пустыми разговорами. Забросили удочки, разложили покрывало прямо тут на высушенной солнцем траве, достали нехитрую еду...

Дождь неистово хлестал в окна, и городское освещение размывалось до состояния разноцветных аморфных клякс. Стук капель о крышу и стёкла то усиливался, то почти исчезал, повинуясь порывам ветра, настолько сильным, что тяжёлый служебный автомобиль представительского класса то и дело покачивался из стороны в сторону, и даже внутри салона, ощущалась проникающая под воротник леденящаясырость. В десятом часу пятничного вечера, хотя вернее будет сказать, что вечер переходил в ночь, директор Игорь Иванович Булкин возвращался на съёмную квартиру из ресторана...

«С тринадцатого этажа навстречу судьбе падал оптимист Лепёшкин», -кажется, так можно было бы начать идеальный рассказ. Или так: «Пипеткин с трудом смог оторвать голову от подушки, клей высыхал в считанные секунды». Во-первых, всегда привлекают внимание броские и запоминающиеся имена героев. Во-вторых, с самого начала читатель должен окунуться в водоворот событий, лучше, если он немедленно будет заинтригован и сбит с толку. Чем громче, ярче, резче начало, тем больше вероятность, что ваш рассказ дочитают до следующей заглавной буквы...

Тимофееву В. Я. Мы сидели вдвоём: я и мой дед Владимир Яковлевич. Собственно, и назвали меня в честь него, долго не могли выбрать имя, всё думали, дед ворчал. В разговорах взрослых я тогда фигурировал как «мальчонка». И вот в один вечер возвращается он с работы домой, а родители протягивают моё свидетельство о рождении. Дед медленно читает фамилию, имя и отчество. – Владимир Константинович, — читает он, — Владимир! Ну спасибо, ребята, спасибо, — улыбается, — приятно. Научившись говорить...