Анализ, психология, стихи, книги

Не поверите, одним прекрасным летним вечером встретил я на автобусной остановке старую знакомую, что называется из бурной молодости. Прошло лет двадцать, она сильно изменилась, но я её узнал. Не знаю, насколько изменился я, но она меня не узнала… Стою смотрю на неё украдкой, а она залипла в телефоне, и не смотрит по сторонам. Такие же густые чёрные ресницы, смуглая кожа, и очаровательная улыбка. Немного пополнела, кольца на правой руке нет. Одета просто, кроссовки, джинсовый брючный костюм, и бейсболка, с точащим из неё хвостиком длинных чёрных волос...

Коллегам по цеху. Невозможно любить, не веря в любовь. Невозможно жить, не просыпаясь вновь и вновь. Невозможно творить, не вставая с дивана, Когда не чувств, и не кровоточит рана. Что движет мною, и моей рукой, Когда жизнь и опыт, за каждою строкой? Желанье не остаться одному в том самом мире, Где разум в небесах, а сам прикован к гире...

В темной и большой комнате за овальным серым столом, освещенным одной-единственной лампой, сидело семеро мужчин. Они были в серых балахонах с откинутыми капюшонами, и с мрачными лицами. — Прости, Алекс, но с вашими русскими одни проблемы, — осторожно высказался один из них, обращаясь к тому мужчине, который единственный сидел расслабленно, откинувшись в кресле. — Но как же все интересно, господа! — отозвался этот абсолютно седой, в годах, мужчина. — Я такого вообще не припомню. — Вот именно. Интересно, — включился третий мужчина, внешне самый старший из них...

Артем встречал осень как король. Жил в отдельном доме, на берегу озера. С ним жили три женщины, они же были и служанками, и любовницами. Приходили различные знатные гости посмотреть на него, да послушать рассказы про дальние страны, да небылицы о его мире. В какой-то момент Артему стало казаться, что его стали воспринимать за простого брехуна, и он просто наскучил. С наступлением осени перестала приходить одна девушка, причем остальные об этом отказывались говорить, делая вид, что не понимают его вопросов-намеков...

Внешне в племени Егора и Ивана все было спокойно, все шло своим чередом. Дома строились, понемногу приходили беженцы, ища приюта. Козы доились, куры неслись… Игорь был министром обороны, отвечая за военные дела. Василь за охоту и разведывание «своих» же земель. Олег же был главой правительства. Он отвечал практически за все, на нем замыкались все точки пересечения управления племенем. И это было неправильно. Неправильно еще и потому, что и Иван, и Егор решили, что их это устраивает. Совет племени превратился в светский ужин, за которым ничего не решалось...

Лера проснулась, как обычно, очень рано. Теперь она жила в маленькой комнатушке, на территории бара. В комнате не было окон, но она знала, что уже светает, и ей пора на работу. Лера отворила дверь и вышла в большой зал со множеством столов. Стоял полумрак, но все равно было видно, что в зале полный бардак. Лера привычными движениями поднимала опрокинутые стулья, продвигаясь к выходу. Наконец она вышла на улицу. На улице быстро светало, и люди потихоньку выходили из своих жилищ, каждый по своим делам...

Зима для наших героев, покорителей Америки, прошла спокойно. Ничего значительного в их жизни не произошло. Артем с остальными пастухами угнал стадо молодой скотины подальше от фермы, к большой реке. Она так и называлась — «Большая». Река была действительно полноводной, а на ее берегах простирались обширные луга. Вдоль береговой линии встречались рыбацкие деревни. Артем мысленно отметил, насколько земля здесь богата, а людей мало. Когда он спросил об этом своих спутников, ему ответили, что спокойствие и благодать — лишь видимость...

Федор еще четыре дня назад отправил гонца в Казань, и теперь с нетерпением ждал его возвращения. Но вернулся тот, кого не ждали. Вернулся разведчик, захваченный людьми Егора. Рассказ его был краток. Пугали, но не пытали. Потом подарили амазонкам, и те не пытали, а отпустили. Ничего не видел, секретного не слышал, почему отпустили, не знает. Федор и сам больше видел и знает. И вот тут Федору пришла в голову мысль, как отвлечь страну от междоусобицы. Он отправил в столицу этого же парня, с письмом, и с тем, чтобы тот наговорил там небылиц про новое невиданное племя...

Разведчики племени без приключений вышли к реке и вдоль нее дошли до бывшей стоянки рыбаков. Здесь все было, как и рассказывал Федор. Еще не заросли могилы убитых рыбаков. В траве нашли неплохой нож и пару железных ложек. — Здесь были только мужчины, — рассуждал Игорь. — Интересно, у них были семьи? Братцы, может, поищем? — Конечно, поищем, — ответил Василь и посмотрел на Вику. — Когда ты хочешь скрыть существование своей семьи, будешь убивать не задумываясь, — спокойно ответила амазонка на его взгляд...

Гарик проснулся от какой-то суеты на палубе и нехотя открыл глаза. Корабль подходил к левому берегу реки, и пленники усиленно работали веслами. — Построение, бегом! — командовал Чарльз. Наемники, как и сам Гарик, построились вдоль левого борта корабля. Теперь они видели на правом берегу реки густой лес, росший по холмам. А дальше холмы переходили в скалистые горы. — Дальше река будет сужаться, а правый берег будет высоким и скалистым, — начал Чарльз объяснять обстановку. — Ночью мы высадим вас на тот берег, а сами пойдем по воде...

— Ничего, Макар, мы уже близко, — успокаивал Вадим учителя. Макар был ранен в ногу и плечо, но не смертельно. В седле, правда, держался с трудом. Казанцы отдали Вадиму раненого Макара и отпустили домой. Люди же Сергея были убиты без жалости. Макар понимал, что Вадим ведет его не к стене, а к месту ранения Сергея. Оружия он ему не дал, хотя Казанцы его вернули. А сам не спускает руку с ножа. И Макар решил: «Хочет добить, но чего-то ждет». Наконец-то они вышли на то самое место. Вадим спешился и стал изучать следы вокруг...