Анна Ледовская

Осень... Перемена настроения разительная: от возбужденно-спешащего до созерцательно-замирающего... Ранняя осень - пора природной щедрости, стремительно пробегающих дней... Всё, как будто, спешит куда-то... Быстрее, быстрее... Нужно успеть, нужно окончить... Первые звоночки приближения зимы, напоминающие о быстротечности жизни и приближении вечности. "Бабье лето"... Хрустально-лазурное утро со стеклянными льдинками на лужах плавно переходящее в день по-летнему жарко-томящий с липкой паутиной на пожелтевшей траве и ветках деревьев, покрытых еще не облетевшей, разноцветной листвой. Время наслаждения последними теплыми деньками перед долгой, суровой зимой...

*** Поверь мне!.. Или же не верь, Но то, что предначертано судьбою Случится непременно над тобою. И знай же!.. Или позабудь, Но путь, что уготован нам с тобою Покажется нелегкою стезею. Благослови же!.. Или прокляни, Все то, что встретим мы, идя стезею, Нам уготованной безжалостной судьбою..

*** Можешь не писать, не пиши! Кто-то там сказал из великих... Да, могу!.. Но крик моей души, Разрывая грудь, летит безликий... И строкой замысловатых слов Он ложится на листок бумаги... Что поделать?! Видно нет оков Удержать способных мыслей пламень...

Пьянящий запах груш... Дурман осенний веет... И лиственную сушь Природа тихо сеет. Земля еще покрыта Желтеющей травой, Но все уже забыто, Что грезилось весной... Зима маячит где-то Совсем недалеко. И звонкий отзвук лета Стучит в мое окно...

Он прожил долгую и счастливую жизнь. В ней были любовь, счастливый брак, рождение долгожданного наследника, радость признания профессионального таланта (после него осталось множество архитектурных сооружений и теперь его память увековечена наверняка). Были и невосполнимые утраты - смерть супруги в самом расцвете лет. Однако и это он пережил с честью, не впадая в отчаяние и уныние, посвятив свою жизнь сыну. Он так и не женился второй раз, хотя был видным мужчиной - высоким, стройным, с красивыми, благородными чертами лица. Да в придачу богат и знаменит в своем кругу. И только один тайный страх не давал ему покоя...