– Без него могут возникнуть проблемы у Театра на Таганке, который играет большую роль в наших взаимоотношениях с либеральной интеллигенцией. Вы же сами приложили руку к появлению на свет любимовского театра. - Ты путаешь, Леонид – моего участия в этом нет, - поспешил напомнить своему собеседнику о событиях десятилетней давности Суслов. – Инициатором приглашения Любимова в этот театр был не я, а мой тогдашний оппонент – Ильичёв. Речь шла о Леониде Ильичёве, который в начале 1960-х годов был фаворитом Никиты Хрущёва. В фавориты он выдвинулся после того, как стал одним из главных «толкачей» выхода...
Итак, в среду 26 июня 1974 года Леонид Брежнев пришёл в кабинет Михаила Суслова, который находился на 5-м этаже в здании ЦК КПСС на Старой площади по-соседству с кабинетом Генсека. Главный идеолог не удивился этому визиту, поскольку знал о нём заранее, предупреждённый Брежневым по телефону. Более того, Суслов знал и о цели этого визита, что устраняло лишнее пустословие и способствовало быстрому переходу к самой сути вопроса. Поэтому Брежнев, едва усевшись на стул напротив собеседника, начал разговор с главного: - Михаил Андреевич, путёт опроса членов Политбюро выяснилось, что ваше предложение о высылке Высоцкого поддержки у большинства не находит...
Если разгром чехословацких «иудейцев» их советские единомышленники, «сосавшие одну с ними волчицу», встретили с ужасом, то с обратным чувством (радостью) они отнеслись к разгрому «шелепинцев» - высокопоставленных руководителей, которые сгруппировались вокруг молодого члена Политбюро Александра Шелепина. Этот разгром произошёл за год до придушения «еврейской весны» в Чехословакии - в середине 1967 года, как раз накануне торжеств по случаю 50-летия Октябрьской революции. А ведь победи тогда «шелепницы», то разгром чехословацких «иудейцев» мог бы перекинуться и на СССР, где основательно были бы разгромлены их советские единомышленники и единоверцы, включая и Владимира Высоцкого...
Большие надежды на «еврейскую весну» в Чехословакии возлагала не только советская либеральная интеллигенция, но и её кураторы во власти – те самые «большие люди», на которых был «завязан» Высоцкий, и которых он «обсуживал» на их кухнях, давая им концерты, где самым желанным хитом была именно «Охота на волков» («Меня к себе зовут большие люди, чтоб я им пел «Охоту на волков»…»). Как и Высоцкий, эти люди в основе своей были антисталинистами, поэтому победа «еврейской весны» в Чехословакии гарантировала им необратимость либеральных реформ и невозможность реанимации сталинизма. Вспомним рассказ кинорежиссёра...
православных прихожан в стране, жалобы священноначалия Чехословацкой церкви оставались без ответа, а зачинщики произвола пользовались полной безнаказанностью, что было вполне объяснимо: «волки» вырвались на свободу, «оставив егерей ни с чем». В те дни митрополит Чешских земель и Словакии Дорофей характеризовал положение Православной церкви в Чехословакии как катастрофическое и вкупе с архиереями из Восточной Словакии оплакивал «горькую участь церкви и собственной судьбы». И, естественно, митрополит просил помощи у «егерей» - у Москвы. В те летние дни 1968 года Патриарх Московский и Всея Руси...