Культурный декаданс

Коко Шанель вошла в моду, как шторм — смела корсеты, выпрямила силуэты и подарила женщинам свободу. Но за твидом, парфюмом и маленьким чёрным платьем скрывалась не просто модельерша — женщина с железным характером, которая не терпела суеты и умела ставить точку, где другие лепили многоточие. Шанель не просто шила — она формулировала стиль как философию. Про неё не просто говорят — её цитируют. И вот что удивительно: прошёл век, а советы Коко до сих пор звучат актуальнее, чем свежие тренды из TikTok...

Портрет Крамского с загадочной дамой в коляске — один из самых узнаваемых образов русской живописи. Холодный взгляд, безупречный наряд, сдержанное выражение лица. Её знают все. Но при этом не знает никто. «Кто она?» — спрашивали современники. «Неизвестная», — сухо отвечал художник. И с тех пор картина живёт своей жизнью, полузабытая в первые десятилетия, обросшая легендами после смерти автора, и до сих пор тревожит воображение. А ведь когда-то сам Павел Третьяков от этой работы отказался. Слишком вольный, слишком непонятный образ — не для приличной галереи...

Met Gala — это не просто бал, это ежегодное модное безумие, где звёзды и дизайнеры сражаются за место в пантеоне самых обсуждаемых нарядов года. Тема Met Gala-2024 — «Superfine: Tailoring Black Style» — впервые за долгое время сосредоточится на мужской моде. Но пока в воздухе лишь ожидание, давайте вспомним, кто уже вписал своё имя в метгаловскую моду. Прозрачное платье с перьями — будто феерия на грани приличий. Шер словно сказала: «Мода — это театр, и я в главной роли». Жаклин появилась не...

Мы смотрим на старинные портреты, и в голове будто возникает вопрос сам собой: «А что, красивых тогда не было?» Женщины с выбритыми бровями, странными лбами, животами на показ, лица без макияжа и с телами, которые сегодня даже близко не назвали бы модельными. Но это не значит, что в прошлом все были «некрасивыми». Просто мы смотрим на те времена сквозь своё, XXI-вековое стекло. А стандарты красоты — штука переменчивая. Давайте посмотрим, как это было. В Средневековье белоснежная кожа была буквально визиткой знатности...

Этот торт знаком каждому: хрустящие слои, нежный крем, сладкая ностальгия по детству. Но мало кто задумывается, почему такой десерт с явно французским названием стал русской кулинарной классикой. Как связано имя великого полководца с нежным слоёным угощением? И при чём тут Жозефина? Ответ — в смеси истории, кулинарии и щепотке легенд. Первый торт, похожий на будущий «Наполеон», родился вовсе не в России. Его прародителем считается французский десерт «мильфёй» — в переводе «тысяча листов». Уже в XVII веке тонкие слоёные коржи, созданные пекарем Клавдием Геле, стали гастрономическим открытием...

В картине «Аленушка» нет ничего от классического хэппи-энда. Ни Иванушки, ни козлёночка, ни чудесного спасения. Только тишина, осень, серое небо и девушка, уставшая от мира. Удивительно, но изначально Васнецов вовсе не планировал рисовать сказку — «Аленушка» родилась из тоски, одиночества и взгляда, который запал художнику в душу. И вообще, первое рабочее название картины звучало совсем не по-сказочному — «Дурочка». А дальше — только сильнее. Началось всё летом 1880 года: Васнецов ездил в Абрамцево, гулял у пруда, делал этюды и вдруг увидел девушку...

Сказка про сестрицу Алёнушку и братца Иванушку кажется доброй, хоть и немного печальной. Сироты, козлёночек, омут, ведьма и, конечно, добрый молодец, который всех спас. Мы её с детства знаем и, кажется, знаем наизусть. Но настоящая, первозданная версия этой сказки — из XVIII века — на деле куда мрачнее и страннее. Ни тебе козлиного копытца, ни внезапного превращения, ни лесной романтики. Там всё по-взрослому: интриги, подмены, расчленёнка и даже трансформация в рысь. Если думаете, что братья Гримм перегибали, то вы просто не читали «Старую погудку на новый лад»...

Когда мы вспоминаем средневековые замки, на ум сразу приходят пышные пиры, красавицы в шёлках, рыцари в доспехах и высокие башни. Вроде бы романтика, но если копнуть поглубже, всё было куда более… ароматно, шумно и прохладно. Замок был не просто домом феодала, а настоящим маленьким государством — с жителями, службой, своей логикой и, конечно, своими странностями. Типичный замок раннего Средневековья больше походил на военный лагерь, чем на королевскую резиденцию. В самом сердце — донжон, высокая башня, куда вся знать сбегала при осаде...

Когда читаешь строки из Евангелия, где Иисус буквально разгоняет торговцев из храма бичом, сложно не поразиться: Он был против торговли в святом месте — решительно, громко, бескомпромиссно. А теперь зайдите в любой православный храм: свечи, иконки, книжечки, да и «православный шоколад» рядом — всё в наличии. Как так вышло? Прежде чем удивляться, стоит немного прояснить, о каком именно храме идёт речь. Это не деревянная церковь в деревне и не золотоглавый собор на Воробьёвых горах. Иерусалимский храм времён Христа — это целый квартал, огромный архитектурный комплекс...

В России существует День семьи, любви и верности — светлый, тёплый, почти идеальный праздник. А за ним, как принято считать, стоит идеальная история любви. Пётр и Феврония Муромские — канонические символы верности и брака по христианским заповедям. Но если копнуть глубже, то «идеал» начинает смахивать на мистический триллер с элементами давления, ядовитой крови, странной женитьбы и посмертной самодеятельности. Житие Петра и Февронии написал монах Ермолай Прегрешный в XVI веке — сразу после их канонизации...

Про пояс верности слышал, пожалуй, каждый — даже если представить себе, как он выглядел, всё ещё сложно. Железная конструкция на бёдрах, куча замков, минимум отверстий для физиологии и ноль — для фантазии. Нам рассказывали, будто рыцари, уходя в крестовые походы, надевали это “чудо техники” на своих жён, чтобы дома никто не соблазнился лишнего. Звучит как средневековый хоррор, но вопрос остаётся: всё-таки носили или нет? В школьных учебниках про такие вещи не пишут, а вот массовая культура — охотно...

Про Габсбургов слышал, пожалуй, каждый, кто хоть краем уха ловил школьную программу или интересовался историей Европы. Эти монархи не просто правили — они держали в руках добрую треть континента. Испания, Австрия, Чехия, Венгрия, Италия — всё это в разное время принадлежало династии. Но слава их осталась не только из-за политики и войн. Сегодня имя Габсбургов вспоминают ещё и в связи с одной особенной деталью внешности — внушительной челюстью, которая стала почти визитной карточкой их рода. Считается,...