Литература и больше

Что может быть лучше, чем чашка облепихового чая? 🍵

Звонок в дверь. Мы замерли в не понимании. - мама это папа пришёл? – спросила Таня, дергая меня за рукав. - сейчас посмотрю. – ответила я ей погладив по темной макушки. Открывая дверь я задумалась кто же это может быть и тщательно рылась в своем прошлом, на столько тщательно что забыла посмотреть в глазок. - София! – на пороге стоял он… - зачем ты тут? – проговорила я одними губами, все еще не веря что ОН стоит у меня на пороге. - мама это папа пришёл? – спросила Даша и не дожидаясь ответа принялась обнимать ноги Гены. - папа! – ответил он широко улыбаясь и взяв девочку на руки. - проходи. – сказала я пропуская его в квартиру. Мы вошли в гостиную, Мария Викторовна задала мне безмолвный вопрос я дала безмолвный ответ. Дальше все пошло так, словно все происходящее, не просто однодневный спектакль, а жизнь. Детишки накинулись на растерянного Гену со счастливыми возгласами. - папа! А ты завтра с нами на праздник поедешь? – спросил Стёпа не отрываясь от шеи своего папы. Гена посмотрел на меня вопросительно, я кивнула. - конечно поеду, куда же вы без папы! - папа, а мы кашу приготовили с мамой. Ты, кушать хочешь? – спросила Таня сидя у папы на коленках. - вашу кашу! – выпучив глаза сказал Гена. – конечно хочу! Мы уселись за стол который оказался мал для моей семьи, что пришлось ставить и рабочий. Мы поели дети весело, щебетали в предвкушении завтрашнего праздника. Я делала вид, как и Гена, что мы не замечаем у кратких слез Марий Викторовны. - ну-ка детки! – Мария Викторовна встала из за стола. – вам всем давно известно, что пора спать! Дружный, детский хор, разочарования. - завтра еще… день! – запнувшись ответила воспитательница, строгим голосом. - спокойной ночи, мама и папа! – Вася как самый старший встал из за стола первым и подарив нам не забыв и про Марию Викторовну звонкие поцелуи убежал в спальню которую мы приготовили детям. Остальные последовали его примеру и через несколько минут кухня опустела. Мы сидели друг напротив друга и думали. Я не могу знать что творилось сейчас в душе и голове Гены. Но я точно чувствовала как разрывается моя душа от воспоминаний двух летней давности… - почему ты пришёл? - София прости, я не должен был так поступать! Ведь ты не виновата, что у тебя не может… - я спросила не почему ты ушёл! Я спросила почему ты пришёл именно ко мне, и именно сейчас! Он встал, обошёл стол и опустился передо мной на колени. - Софья, я не могу без тебя! - так ведь мог! - я хочу чтобы в этот день, хотя бы в этот день ты была рядом. - зачем все это?! – выдохнула я и вырвала свою руку из его слабой хватки. - я понял еще тогда, два года назад что не могу без тебя быть счастливым. Но… - но ведь всегда есть какое-то, но! Невозможно быть счастливым, держась за это, но! – я в бессилии хлопнула ладошкой по столу и резко встала отворачиваясь, не хочу что бы он видел мои слезы. - прости меня! – он поднялся с колен. - зачем это сейчас?! – я обернулась разведя руки в стороны. - что бы, когда бог спросил меня – что ты делал в последний мгновения своей жизни. Я ответил со счастливой улыбкой на лице. – любил!

добытое перед ней. - приятного аппетита. Надо же еще вчера это кафе было всей жизнью другого человека, а сейчас оно стало всем для меня. - вы не будите? – я смущенно улыбнулся, раздумывая как ответить, что о себе я как-то не подумал. – я вас угощу! – она встала и плавной торопливой походкой пошла к прилавку. Мы были словно дети которым позволялось делать все, что только можно, сейчас это доступно миру. - вот, пожалуйста. – она аккуратно пододвинула ко мне напиток в виде большой чашки капучино и бисквитное пирожное. - спасибо, все как я люблю. – она одарила меня смущённой улыбкой и села на место. - целый год набирался смелости узнать ваше имя. У вас, оно, красивое. - целый год ждала, когда вы спросите его. – она опустила голову, смотря на свою чашку. Мне стало невыносимо стыдно, из-за своей трусости, что мне стоило сделать это год, месяц, хотя бы неделю назад?! - здесь замечательное место. – Варя решила сменить тему. - какое-то родное. - вы правы. Странно что в какой-то час, все может перевернуться так, что твоё становится родным, совершенно чужим людям. - может мы раньше от чего-то не замечали значимости этого место? - почему я не узнал вас раньше? - видимо потому что слишком боялись жить. Сейчас многие от этого исцелились. - те кто ухитрился остаться в здравом уме. – я посмотрел в окно свет которого нас освещал. А за ним хаос созданный бесполезной паникой людей. - вы хотите встретить этот день со мной? – я резко посмотрел на Варю. - всю оставшуюся жизнь посвятить вам, это то что я действительно хочу.

Телефон! Мне нужен телефон! Я бежал по обезумевший улице думая только об одном - позвонить, сказать! Забежал в здание, вбежал по лестнице на офисный этаж. Застал самозабвенно целующеюся, парочку. Нашёл телефон. - ало, мама! - Ник! – она плакала. - ты уже знаешь? - все знают. Милый как же я скучаю. - прости что я не рядом. – голос срывается, я бессильно сминаю листок бумаги. - ничего милый. - где отец, он рядом? - да тут. – она, передала трубку. - сын. - прости меня! – боги за что, зачем я поехал в это чертово путешествие именно сейчас?! - я горжусь тобой! Просто знай это. Всегда гордился. - отец… я… я… вас люблю! – я до боли во всем теле ненавидел то что не мог обнять своих родителей, быть рядом, хотя бы, быть рядом! - сынок ты один? - да, да тут никого. – я рыдал. - нет, Не будь один, мы с мамой вдвоем. А ты…ты один! Сынок мы любим тебя, прости что мы не рядом! – связь прервалась, раздались издевательские длинные гудки. Я расколошматил трубку о стол и пошёл прочь. Сотовые не работали, ничего не работало! «Не будь один» Я всю жизнь один. Я поднял взгляд на багровеющие небо. Приехать в Нью-Йорк в погоне за знаменитым художником и попасть в ловушку расстояния между любимыми людьми и временем. Пошёл на выставку которая должна была состояться сегодня, но теперь нафиг никому не нужна. Я, вошёл в открытое помещение выставка была уже полностью подготовлена. - не думал что у меня есть на столько преданные поклонники! Посередине зала сидел мужчина на дешёвом пластиковом стуле с бутылкой вина в руках. - приехал на другой конец материка, чтобы увидеть ваши работы. – обвиняющие произнес я. Словно он самолично заставил меня это сделать. А ведь так оно и есть, не восхитись я его талантом, был бы рядом с родными… - понимаю. – он кивает опустив голову. Я разглядываю картины, молодая девушка с русыми волосами и зелеными глазами на всех картинах, где-то она совсем ребенок. - кто это? - моя дочь! – отвечает он и присасывается к бутылке. - красивая. Вы видите ее бесподобной. - как и любой отец. - почему она не с вами? - автокатастрофа два года назад. – он хмыкнул – мой конец света, прошёл незаметно для мира. - зато конец мира не пройдёт незаметно для вас. – в свою очередь хмыкнул я. Он протянул мне бутылку не поднимая головы. Если сейчас, то же самое сделал бы, бомж наркоман не мывшийся пять лет я сделал бы, то же самое: выхватил бутылку и сделав несколько больших глотков сел на пол рядом с художником. - ты тут один? – спросил художник подняв вполне ясные, синие глаза. - да, все родные остались там. – я махнул рукой в сторону. - повезло. Я хмыкнул. - несказанно! – ироний в моем голосе не мог уловить, разве что овощ. - я совсем один. Я посмотрел на восхитительную картину – молодая девушка придерживает шляпу рукой и улыбаясь ловит мыльный пузырь. - это вам повезло, терять вам уже нечего. – я снова сделал глоток и протянул бутылку, владельцу. - вот казалось бы, именно сейчас человек должен понять, лучше, когда осознаешь что прожил хорошо и уходишь, но с другой стороны ты ведь так хорошо жил почему сейчас?! Или когда терять нечего и уходить или оставаться не имеет для тебя никого значения. - две одинаковые противоположности. – кивнул я. - мы с тобой. – он подался чуть вперед. – скажи если бы тебе сказали что свет погаснет не через несколько часов, а через неделю, что бы ты сделал? - много чего. – пожал плечами - вернулся домой, посадил дерево, может даже влюбится, успел. - а я бы убился. – развел руками художник. – потому что, тогда всем будет плевать на теперешний мой смысл жизни. Как и сейчас. – он кивнул на картины. Мы замолчали обдумывая сказанное. - а почему раньше не влюблялся? - мне не нужна была эта ответственность. – пожал плечами. - а сейчас? - так хочется нежности. - сказал мужик мужику в темном помещении. – он глухо рассмеялся, я ему вторил. - ты прав мне повезло, я любил и был отцом. - а я даже дерево, не посадил…

Я стоят с бумагой, сжатой В потной судорожной руке. Наблюдая за тем, как тихо Все проходят по дуге. Кто-то дико воет, стонет, умоляя о строке. Кто-то быстро лист изводит, изменяя все в себе. Я стоял, не зная даже, сколько слов осталось мне. Я смотрел на лист бумаги: скомкан, грязный, весь в слюне. И в концовке, как в убийстве - криво, мелко написал: "сознаюсь во всем, что было, все, что было, я создал!