Записки "сбитого" летчика

Сразу после рапорта меня сняли с лётной работы — тогда говорили вполголоса: «чтобы не улетел за бугор». Место мне нашли быстро: определили в штаб полка офицером по информационно-справочному обеспечению. Должность капитанская, формально — даже повышение. Так и началась моя новая служба: перекладывал бумаги с места на место и всё так же писал рапорта с просьбой уволить меня в запас. К тому времени я был старшим лейтенантом. И вот однажды в штаб прибыл ещё один старший лейтенант — Михаил Кизилов. В...

Как дорог этот день мне. Это и день рождения Высоцкого, и День всех студентов, и, конечно, Татьянин день. В такие минуты на ум приходят слова гениального Пушкина, создавшего образ прекрасной русской девушки, которым он сам восхищался, — образ Татьяны Лариной, по сей день остающийся эталоном чистой любви, преданности и честности. Я окончил среднюю школу в далёком 1970 году. Прошло уже 55 лет, но один школьный эпизод я помню особенно ясно. Когда мы проходили поэму Пушкина «Евгений Онегин», наш любимый...

Эпилог. Осознанный выбор или осознанный выход Сегодня день рождения моей младшей дочери — ей исполнилось 38 лет. Оглядываясь назад, могу с полной уверенностью сказать: её рождение было нашим с женой осознанным выбором — иметь в семье второго ребёнка. Но в то же время — это был и единственно возможный, и единственно правильный осознанный выход из той ситуации, в которой тогда невольно оказалась наша семья. А было это так...

Гуляя прохладным вечером во дворе соседнего дома, я встретил незнакомку, улыбнулся, поздоровался и по привычке, которую я перенял, долго живя на Западе, поинтересовался: «Как у вас дела?» К моему удивлению, она не сделала недовольного лица — такого, какое часто можно увидеть у русских женщин: «А тебе какое дело?» — читается без слов. Она улыбнулась, ответила — и у нас завязался разговор. Она приехала из Москвы навестить свою маму, а заодно и поставить импланты. Как бы ни была хороша столица, а услуги стоматолога в провинции в разы (со слов этой женщины) дешевле...

Часть I. Угон моей машины Эта история произошла во второй половине 80-х годов, на Нагорном города Перми, когда дефицит товаров был обычным делом, а автомобиль считался роскошью. Мы только что получили долгожданную квартиру… В нашем подъезде жил узбек Шавкад, но все его звали Саша. Он был простой водитель служебного автомобиля на котором он возил начальника стройки, и ему очень хотелось познакомиться со мной. Он не преследовал никакой корысти, ему не надо было от меня абсолютно ничего. Но ему очень...

P.S.: Город вечно зеленных помидоров. Так в шутку называл г. Пермь мой друг, бортинженер Ту-154 Алексей Гамазов В недавнем прошлом мне доводилось общаться с людьми из стран СНГ, которые уверяли: русские в Советском Союзе якобы "жировали" за счёт союзных республик. Эти разговоры неизбежно возвращают меня к воспоминаниям о 1980-х годах в Перми. О Москве, Ленинграде и закрытых городах говорить не берусь — там действительно был особый режим снабжения. Но в большинстве российских городов, включая Пермь, жизнь была вполне скромной...

Большинство из нас учило английский в школе, институте… но лишь немногие овладели им в совершенстве. Один из таких — Игорь Статенин, бортрадист из «Волга-Днепра». Его безупречное британское произношение произвело неизгладимое впечатление на военных лётчиков-истребителей Её Величества, которые сопровождали наш «Руслан» при посадке на Фолклендские острова. Радиообмен при подлёте к аэродрому звучал так, будто он шёл прямиком из Лондона. За плечами Игоря — английская школа, университет, а затем три года подготовки в школу КГБ...

«Не имей большой оклад, а имей маленький склад.» — старая еврейская поговорка. Этот короткий рассказ — о человеке по имени Али, с которым меня свела судьба в США. Али — дагестанец, мастер спорта по тяжёлой атлетике, скорее всего, в легчайшем весе: рост и комплекция такие же, как у меня, только младше он был лет на десять. В 1984 году окончил пединститут и пошёл работать тренером. Зарплата — 120 рублей. Денег хронически не хватало, и он, как потом рассказывал, завидовал старшему тренеру, у которого оклад был целых 160...

Когда мне было лет десять или двенадцать, в нашем небольшом уральском городке, каждый раз, встречая эту женщину, я отмечал своим детским умом, как разительно она отличается от всех окружающих. Больше всего меня поражала не её красота, а походка и осанка — то, как прямо она держала спину, как гордо несла голову. В её лице было что-то благородное, почти недосягаемое, и это будоражило моё воображение — невольно продолжая фантазировать, я думал: она прилетела с другой планеты, где всё устроено иначе, и таким, как я, моя мама и всем остальным путь туда просто закрыт...

Памяти Галине Олеговне Смагиной, сумевшей покорить невозможное Долгой и тернистой была дорога в командиры Ту-134 в 70-е годы прошлого столетия для советских выпускников лётных училищ. Вначале надо было попотеть в малой авиации типа Ан-2 (по прозвищу «кукурузник»), набраться опыта — порядка 5–8 лет. И только налетав там определённое количество часов уже в должности командира «кукурузника», появлялась возможность переучиться на Ту-134. После переучивания их ждало кресло второго пилота, в котором снова необходимо было набрать необходимые часы, на что опять уходило порядка от трёх до пяти лет...

Весна 1981 года. В московском небе висит тяжёлая облачность, мелкий дождь упрямо точит крылья самолётов. На рейсе Москва–Пермь штурман готовится к вылету. Но мысли его упорно возвращаются в прошлое — к событиям двухлетней давности. Тогда он решился написать рапорт об увольнении с действительной службы в запас. Решение далось непросто: армия была не только профессией, но и образом жизни. В тот же день его сняли с лётной работы. Для сослуживцев это стало знаком слабости, и холодные взгляды офицеров и их жён преследовали его на каждом шагу...

Когда дачный сезон — не радость, а одиночество Ну, слава тебе — наконец-то я могу вздохнуть свободно. Сезон заканчивается — и вот она, радость! Всё тёплое, солнечное лето хозяйка, как заведённая, хваталась за мотыгу — и вперёд, к грядкам. А я? Один, никому не нужный, должен проводить свои лучшие годы в скрипучем кресле, укрытый старым, потёртый временем, полушубком. Почему судьба так ко мне несправедлива? Я ведь ещё бегать могу, играть… да что уж там — любить хочу, как все нормальные живые существа...