Ни о чем и обо всем

...что когда-то он звался графом Раймоном Итану не спится, наверное надо было принять приглашение своего однокашника Брайна и пойти на вечеринку, окунуться в море алкоголя, позволить грохочущей музыке выбить из его головы все лишние мысли, забыться. Но не сегодня. Сегодня Итан остается дома, неожиданно он чувствует себя старым, слишком старым, старым и больным. Болит голова и что-то глухо ноет под ребрами слева. Он и сам не знает с чего вдруг, но внезапно накатывает ощущение неправильности происходящего, ощущение невыполнимой утраты. Ночь за окном черна и глуха как его неожиданная тоска. Коньяк горчит на языке и он разбавляет его сладким кагором - дышать становится легче. Усталость наваливается ватным одеялом, даря милосердное забытье. Итан видит во сне Прованс, где никогда ни был. Может виной тому французская кровь его отца? Но откуда-то ему знаком этот пейзаж, будто сошедший полотен средневековых художников, эти лица и старый замок... Он словно вернулся домой и кажется таким ественным отозваться на совершенно незнакомое чужое имя – Раймон. И тогда он разом вспоминает все. Раймон седьмой встает до рассвета, бреется глядя в тусклое зеркало на молодое свое-чужое лицо. Это не его острый подбородок, пухлые губы и аккуратный нос без привычной горбинки и эти темные кудри, торчащие в разные стороны, сколько не укладывай... Он не узнает себя - графа и воина в этом мальчишке с глазами цвета первой весенней зелени. Хотя пора бы уже привыкнуть. Он больше не граф, он обычный студент двадцати двух лет, учится в колледже и проходит практику в музее, подрабатывает доставщиком пиццы, тусит с друзьями и любит девушку. Самую прекрасную девушку на свете со звонким именем Люси. Итан опускает ресницы, а когда поднимает глаза из зеркала на него смотрит граф Раймон. Раймон смотрит откуда-то и глубины его глаз мудро и печально, это губы Раймона кривятся в горькой усмешке. Это его усталость давит на плече и серебристыми почти незаметными ниточками проскальзывает в непослушных темных кудрях... Да, кого он пытается обмануть? Он - не Итан. Никогда не был им. Раймон вспомнил. Он помнит все так отчетливо, будто это было вчера... Но жизнь продолжается. Итан по-прежнему ходит на лекции и усердно учится, трудится завоевывая себе место в этом мире. Воевать ему не впервой, только там он потерял Тулузу, а здесь всего лишь завалил экзамен....* А ночами ему снятся поля Прованса то цветущие, то горящие. И с кем бы поделиться, но скажут сумасшедший. Никогда не веривший в Бога, Итан идет в католический храм и молится о былом и несбывшемся, о тех кого знал и кого не смог уберечь, о родном Провансе и сданной Тулузе. Воспоминания преследуют его во сне и наяву. И возвращаясь домой, он отчетливо понимает что дом его давно сгорел, а знамя растоптали крестоносцы Манфора. Светофор мигает ему в спину и гудя машины, но он не видит. Он там, где звенит сталь и хриплое ржание лошадей, заглушает людские крики, там полыхает в пол-неба пожар и сердце его в огне. Итан бродит бесцельно по городу. Раймон в лабиринтах улиц ищет и не находит. Себя. Он смотрит кино про те времена, но это все ложь, чужая неумелая игра. И это все что у него осталось... В выключенном экране на мгновение отражается его настоящее лицо со светлой бородкой и кудрями до плеч перехваченными тонким обручем. Он не слышит звонок телефона, перед глазами его мелькают картины прошлого то ли наяву то ли во сне. И ноют на погоду призраки старых ран полученных под стеной Каркассона и на полях под Тулузой**.