PaniLife

И листопад давно забыт Среди сугробов мглы и краха. Ты говорил: и не пробыть Среди угрюмого каскада. Сквозь снег мы ловим все лучи И тонем в сумраке заката. Плывут сквозь тучи облака — Возможно, это всё так надо. В копилке много "почему?" И нерешённых пазлов в части, Узлов, завязанных внутри, И там когда-то было счастье...

Предыдущая Глава тут Ольхон возвышался над ней, силуэтом человека, но чужим, пугающе неправильным. Зеленая кожа, словно пропитанная хлорофиллом, отливала в полумраке неживым блеском. Огромные глаза, бездонные и без зрачков, казалось, видели её насквозь, вытягивая все мысли и чувства. Вместо ушей из головы росли тонкие, гибкие стебли, словно живые лианы, колышущиеся от малейшего дуновения ветра. От него веяло запахом влажной земли и прелых листьев, ароматом незнакомых трав, пробуждая в памяти далекие, забытые воспоминания о детстве, проведенном в деревне у бабушки...

Предыдущая глава тут Азраил скривился, чувствуя, как чёрная жижа, заменяющая кровь, медленно затягивает обожжённые концы его крыльев. Боль была постоянным спутником, но его больше беспокоило другое. Доверие. Вернее, его отсутствие. "Я тебе не верю," – бросил он Люциферу, который лениво наблюдал за его мучениями, сидя на обломке древнего трона. "Имеешь право," – пожал плечами Князь Тьмы. "Вера – роскошь, которую могут себе позволить лишь ангелы. Но у тебя её больше нет, так что придется полагаться на здравый смысл...

Тут находится пролог Мария не помнила, как оказалась у края леса. Она просто шла, как зомби, проталкиваясь сквозь толпу обезумевших от страха людей, пока не оказалась у края оцепления. Вокруг, хмурые лица в камуфляже, стояли военные, пытаясь сдержать панику, охватившую и их самих. Она слышала обрывки фраз: «Карантин», «Зона отчуждения», «Неизвестная аномалия». Но ей было плевать. Ей нужна была Даша. Она попыталась пройти сквозь оцепление, но её грубо оттолкнул солдат, молодой совсем, с испугом в глазах...

Холодный московский ветер трепал рекламные баннеры, и без того изорванные взрывной волной. Мария бежала, спотыкаясь о обломки асфальта, сквозь хаос, охвативший некогда оживленную улицу. Вокруг выли сирены, кричали люди, и трещали под колесами машин ветви деревьев, выросших здесь, казалось, за одну ночь. Она искала… Она отчаянно искала среди этого безумия её – свою дочь, Дашу. Семилетняя Даша с хвостиками и смехом, похожим на звон колокольчика. Она помнила, как крепко держала её за руку, переходя дорогу… А потом – взрыв, крики, хаос...