Уральский мужик

Я выпускник 1972 года Нижнетагильского машиностроительного техникума. Специальность, которую получил в техникуме, называлась так: техник-технолог по сборке гусеничных и колесных машин. Группа, в которой я учился, значилась, как «Т». Нас в техникуме называли «танкистами». В подвале техникума стоял танк Т-34, частично в разрезе. Всё оборудование легендарной боевой машины мы могла пощупать руками и даже заводили двигатель. К тому времени Уральский вагоностроительный завод осваивал выпуск новой боевой машины Т-72. Директор техникума Стинд Алексеевич Калымов иногда читал нам лекции. Стиндом его назвали в честь сталинской индустрии...

Хочу статУю… - Слышь, братишка… Я понял, что не правильную специальность выбрал. Мне надо было пойти в архитекторы, чтобы скульптуры лепить. - Тогда уж надо тебе было стать скульптором… - Вот-вот, всё перепутал… Я разговариваю с Димой Сидорчуком. Он старший лейтенант. Командир разведвзвода. Был. Мы сидим с ним на лавочке. Их, этих лавочек здесь много. Растянулись вдоль аллеи военного госпиталя. У Димы правая рука в гипсе. - Сломал? _ Да, не… Вот видишь, предплечье, а тут плечо… Ну, и прошла пуля навылет, тут! Три дня ходил, как есть. А потом загнивать начало. Доктор говорит: «Ты чё, ёкнутый! Тебе же руку отрежут» Ну, вот я здесь...

Осень пахнет пряностями. Это, наверное, пожухлая трава источает сладковатый аромат. И еще местная, степная земля, собираясь на отдых в зиму, старается оставить в людской памяти запах спелого зерна. Это было, когда шли пешим маршем до Савельевки. В селе пахло гарью. Разрушенные дома еще дымились. Людей не встретили. На окраине начали окапываться. К утру рота Аникеева углубилась в землю, как оценил капитан, до подбородка. Аникеев ходил по траншее и, как умел, разъяснял бойцам. «Нам надо здесь удержаться, - говорил он, останавливаясь то у одной огневой точки, наспех сооруженной ополченцами, то у другой...

Шувалов сидит на дне траншеи. Он уперся спиной в бруствер, ноги раскинул, чтобы отдыхали, а автомат для быстрого подхвата положил на колени. Артиллерия укров бьёт по позициям уже более получаса. Странно, но звук летящих снарядов слышен после из разрывов. Такой грохочущий звук, похожий на шар для боулинга, катящийся по дорожке. Это значит, что стреляют укры полномерами, сто пятьдесят миллиметровыми снарядами. Разрываются они то за траншеей, то перед ней. Мелкие комья глины падают на Шувалова. Некоторые из них отскакивают от него, другие прилипают. Вначале обстрела он их стряхивал с себя, а потом...

Красногорский госпиталь… Очень известное военное медицинское учреждение. Два раза там отдыхал. Территория ухоженная. От КПП до главного корпуса идешь, как по саду. Красиво! Палаты, помню, двухместные, там же душ, сортир. Я не надолго заехал. Проконсультироваться надо было с врачами. Зашел в здание госпиталя и расстроился. Бойцы лежат не только в палатах, но и в проходах. Много раненых и контуженных. Война! Присел возле кабинета врача. Рядом каталка с бойцом. - Ты разговаривать умеешь? Уже минут пятнадцать тут сидишь… И молчишь. Это заговорил со мной лежачий больной. - Меня Славой зовут. А тебя? Я понял, что ему больно и вообще плохо...