Сказ иного мира

Обычный весенний день превратился в настоящую историю ужасов, которую я никогда не забуду. Я еще ни разу ни сталкивался с подобным, но обо всем по порядку.  За чашечкой горячего чая я, как обычно, ел многолетние и уже совсем сухие сушки. Я их грыз с достаточными усилиями, и даже их порой не хватало, чтобы раскусить уже засохшую и окаменевшую сушку. Помимо сушек я поглядывал в окно, которое было прямо рядом со мной. Окно это выходило на задний двор, где была детская площадка вместе с какими-то детскими тренажерами...

Каждому человеку нужно отдыхать. Каждому человеку хочется язвительного отдыха со своей возлюбленной или же с чисто мужской компанией. Придя на работу в очередной раз, я еще больше убедился в этой мысли. Вся эта рабочая суета неплохо так действовала на мои нервы. Я уже и забыл, что такое нормальный отдых... Все же в моей жизни появился яркий лучик надежды, который изо всех сил старался меня спасти от моей же психики. Мне вообще если честно хотелось как можно быстрее поехать в какую-нибудь деревушку...

Константин тихо и мирно прогуливался в парке после тяжелого рабочего дня. Его действительно достала рабочая суета и вечно ноющие коллеги на работе. Впрочем, он и сам был таким.  Константин все шел и шел, проходя в глубь парка. Фонари по обе стороны дороги плавно, но быстро мерцали и гасли.  Константину нравилась осень. Нравились желтеющие и опадающие листья. Ему в принципе нравились прогулки в парке. Городской парк в целом был достаточно красивым местом. За ним много ухаживали, ремонтировали, если это было важно...

Джейми со своим лучшим другом Скоттом разорвали в клочья самую важную вещь в канун рождества. По ветру развевались клочки бумаги с написанными на них пожеланиями подарков. Оба друга не хотели рождества, но рождество должно быть. Новогоднюю атмосферу разрушили они из-за самой банальной ссоры. Они не хотели, чтобы рождество наступило, но оно наступило, только вместо Санты Клауса к ним пришел “Крампус”... Джейми вышел из спальни, попутно обматерив Скотта. Скотт смотрел на луну и на его щеках проступили слезы...