Музыка Ржавых Пружин

Маленький мальчик, беги осторожней Мне больно подумать, что ты поскользнешься, Споткнешься, поранив колени, ладони... Ты слишком спешишь, будто кто-то догонит. Стараясь скорей, скорей повзрослеть. Увы, повзрослев, слишком быстро стать старым. Где старость, там смерть И комнаты с хламом, Что копится в них десятками лет. Поблекнет в них губ твоих розовый цвет, Будто рисунок На строй посуде. Тускнеют глаза и мутнеет рассудок. Так что знаешь, взросленье - дурная работа. А серьезнее детства вовсе нет ничего-то... лето, 2023 М.Графинов

Как на блокадном столе нет крошек хлеба, Так на московском небе не видно звезд. Можно скучать по местам, где никогда не был, Делая вид, что это всерьез. А кто-то живет, не повышая тона, На недостойных не тратя ни капли слёз, В коробке из железобетона. У твоей матери всё больше седых волос, А у тебя - страхов на ближайшие несколько лет Гремящие чемоданы. Карамазов молча сдает свой билет. Совпадения мне не кажутся странными, Но можно столкнуться с Богом, даже придя на концерт. Чрезвычайный гул это эквивалент тишины, Хотя чаще всего бесполезный. Особо благоразумные участвуют в жизни страны. Поглощая предложенный другом омлет, Я, пожалуй, останусь с краю. Рядом война и, возможно, начало болезней. лето, 2014 М. Графинов

По сути нам некуда больше спешить, Но мне нравится твой драматизм, Будто есть, что терять. И это смешно, Как богатый старик, что торопится жить. Знаешь, мне бы тебя еще раз обнять Или где-нибудь по случайности встретить, Не делая вид, что я лучше, чем есть. Если всё снова скатится в фарс. Не важно, кто за это в ответе: Кто-нибудь третий Или один из нас. Что ж... видно такой наш удел: Разлетаться по белому свету. Пробуй на вкус уходящее лето. Возлюби тех, кто тебя не заметил И прости всех, кто тобою владел. лето, 2014 М.Графинов

Имя твое меж строк Пальцем в восточной пыли, Может, писал и Бог, Сидя на голой земле, Среди былых твердынь. Что-то недобрым светом Светит звезда-полынь. Канатоходец воскреснет, Но Заратустра в палате один. В монастыре битых лбов. В городе дураков. зима, 2015

Белый свет понедельника. Небо, как полотно В каморке простого бездельника, Натянутое на окно С видом на длинное здание - Вечно стоящий состав. Даже на расстоянии Давит в который раз. Стройность классических фраз, Хрестоматийность знаний Реальности не соответствует. Утро меня приветствует, Целясь меж сонных глаз. лето, 2015

Однажды утром перелистывал тетрадь, Лежавшую среди надгробий книжных, В бессмысленной чреде четверостиший Хотелось мне чего-то отыскать И были многие нелепыми стихи - Как-будто склеенные скотчем по картону, Давая мне пример дурного тона. Но я писал, чтоб не подохнуть от тоски Таким же вот промозглым мутным днём, Который лишь по сути только начат, И чувствую, что сложится иначе, В который раз не так, как все того мы ждем. Мне многое хотелось бы забыть, Что некогда казалось бесконечно милым. Другой пусть станет за меня счастливым, А я пытаться буду реже пить. И глядя, как под утренним дождём Бегут чужие дети в переулки И люди под зонтом друг-друга держат руки, Смотрел в окно и думал о своём. А ты не верь моим словам о том, Что "счастье" - тезис нужный лишь мещанам. И наполняй свой быт ненужными вещами, Но постарайся не идти по головам, Тех, что обыденны как мыши и кроты, Ныряют в рукава дырявых улиц. И лучше б на меня не оглянулись Носители стерильной красоты, Слова мои ведь даром не нужны Любительницам душного покоя. Им не узнать лица и кто я. А мне приятнее на паперти бомжи. М.Графинов весна, 2017

Честные фразы всегда чуть трудней, Особенно, жить если мясом наружу. А объяснений здесь в общем не нужно… Город, изрезанный бритвой дождей, Будто воловьими жилами бит. Покрытый весь пеной слюней, Стоит, как преступник или пророк, И я тоже разбит, Но спокойно оставлю с тобою ушедший вагон, Отчего-то напомнивший мне “воронок”. Так усталые вши покидают собачье остывшее тело. Как-то холодно в нём. Будто детскому сердцу во взрослой груди. Но какое кому теперь дело… А ты веришь что всё у тебя впереди. Тебе что гранит, что мрамор. Ты не запомнишь имён. Произойдет только смена знамен. И ты снимешь нелепый свой траур... Под весом любимых ног Чувства - осенние мухи, Что дохнут на окнах окраин. Кто Авелем был, а кто Каин, Теперь знает только лишь Бог. А, может быть, знают и духи. М.Графинов лето, 2018

Как персонажи Уитакера, Что побывали в тюрьме, Ты сам себе на уме. Теребишь ворот старого свитера. Внешне уравновешенный, Внутри вечно в пляске повешенного И мыслях о завтрашнем дне. Путаясь в датах и числах, Ты проиграл на абстрактной войне, На которую не был и призван. А я пойду к той, что даст мне поддых И покачусь опять по наклонной, Как нервно хохочущий клоун, Брызгая струями слёз на других. Как герои сотен фильмов и книг, Проглоченных в пост-пубертатный период. И кто-то пусть делает вывод, Но только не мы... Окруженные равнодушными добряками С синдромом посредственного тамады И распростертыми в объятьях руками, По которым плакали гвозди, но не кресты. М.Графинов осень, 2018

Крестясь невпопад к востоку затылком. Чую дым от сгоревшей пристани, Плыву на плоту из початых бутылок, В подтверждении избитой истины, Что человек всегда одинок. Как в книжках Буковски и Ерофеева. Об этом шумят ветви Красного Дерева. Будет новый Освенцим и новый Вудсток. Пластиковые фигурки суперменов Падают в бочку с помоями, А в детстве легко верилось в перемены И возможность стать сверхгероями. Ничего и не выгадать, и не урвать. Умирать молодым слишком поздно. Но всё так же по-детски раздуваю ноздри, Удивляясь, когда успел проиграть. Юго-Восток. Окраина. Режь вены или вари пельмени. Всё было и будет неправильно. Конец суток и конец времени. М.Графинов весна, 2019

Небо целует красный рассвет, Будто губы безумного лезвие бритвы. На поле внутренней битвы Пленных и раненых нет. Но устав от опасок хронических И отсутствия в ближних искренности, Заходи, мы разделим проклятие. Будто трапезу или сифилис. Будто старые гордые сфинксы, Не верящие в рукопожатия. Знаешь, ведь иглы в стогах Не отыскать без пожара... Сучья в наших глазах. Ну, а в чужих только бревна, И по канонам жанра, Всё, что смешило сутра, К вечеру станет стрёмным. М.Графинов лето, 2019

У меня живет старый бешеный друг. Он не может никак отыскать работу. Мы порой не в ладу - он живет здесь давно. Но, когда он блюет, он смывает рвоту. И на ветхом балконе мы пьем вино. Поза обреченности нам обоим впору. Я делю с ним берлогу свою уж давно, И молчанье порой громче, чем разговоры. Бредит он по утрам, ночью точит ножи... А в каком-то смысле он - моя совесть. Он спасал от мещанства и ото лжи. И, возможно, о нем даже сложена повесть... Он уж слишком дикий, чтоб выжить здесь, Он довольно редкий, чтоб просто сдохнуть. И не то, чтоб особо страшился смерть, Ведь куда страшней неспеша засохнуть... М.Графинов лето, 2019